Во время пышных колоннарских турниров больше всех страдала казна лорда Таймора, зато наживались оружейники и кузнецы, бродячие барды и менестрели, бордели, а также трактиры, таверны, харчевни и постоялые дворы. Причем, заведения не только городские, но и придорожные, так как со всего королевства в Колоннар стекались великие лорды с семьями, их верные ленники, мечники, ратники и свободные воители, желающие, чтобы об их доблести узнал весь мир. Одним из таких заведений, преуспевающим благодаря наплыву гостей накануне турнира, являлся большой постоялый двор «Столичный», столичным на самом деле не являвшийся, так как располагался в нескольких километрах от городских ворот. Правда нахождение вне стен Колоннара вовсе не смущало хозяина двора, повесившего над входом гордую вывеску «Столичный», где буквы мало кто мог разобрать не только из-за распространенной неграмотности, но и благодаря дурного качества краске, которая неведомым образом стерлась только на месте первых четырех букв, оставив на дереве таинственное «…ичный». Находчивые местные жители быстро переименовали «Столичный» в «Яичный». Хоть и хозяин постоялого двора такого названия не признавал, недостающие буквы почему-то не дорисовывал.
Еще со времен Черного Разлома, Осенним островом правила династия Тайморов, корнями своими уходящая в Темную эпоху. После Завоевания Лейстаргами прежде свободный остров стал принадлежать райдхардской короне. Тайморам позволили и дальше править островом, но со статусом ленников королевской династии. Нынешний глава Осеннего острова лорд Равлен Таймор прославил свое имя не только как славный воин и полководец, но и как великолепный организатор турниров. На его турнире трехлетней давности, посвященном окончанию войны с Немерским княжеством, собралась вся знать Райдхарда, включая самого короля Годрика Лейстарга. Нынешний турнир Равлен Таймор решил устроить в честь наступления третьего столетия Эпохи Разлома и снова пригласил в Колоннар правящего монарха, всех великих лордов королевства и их верных ленников.
Попасть на это грандиозное событие стремился каждый достойный муж Райдхарда и Осеннего острова. Потому все городские и предместные постоялые дворы были забиты до отказа, включая, конечно же, и тот самый «Столично-Яичный» двор. В обеденной зале яблоку негде было упасть. Зады самых разных социальных слоев восседали на всех лавках, которых только удалось отыскать в «Столичном», и добрая часть всех съестных припасов из погреба занимала широкие дубовые столы. Крестьяне сидели в самом дальнем углу, хлебали гороховую похлебку, объедали свежевыловленных лещей, поджаренных с луком, закусывали все это пшеничным хлебом, да запивали темным пивом и дешевым элем. Разговоры их занимал предстоящий турнир и его участники – крестьяне решали на кого ставить свои медяки. Ту же беседу вели ремесленники и фермеры, да солдатня, правда, стол их был куда приличнее. Горло они могли смочить добрым элем или кислым вином.
Из их болтовни выяснялось, что народ выделяет для себя трех фаворитов – свирепого лорда Лодвига Фонгвина Звереголового, легендарного лорда-хранителя Седрика Сергонта и доблестного лорда Лионеля Таймора, сына Равлена Таймора. Фонгвин был известен своей недюжинной силой и крутым нравом, Сергонт прославил свое имя на войне и был первым клинком Севера, а Лионель Таймор выиграл прошлый турнир в Колоннаре.
Люди лорда Сенемаля, одного из местных ленников Тайморов, занявшие большую часть залы, да и вообще постоялого двора, превозносили своего господина, но остальные их воодушевления не поддерживали.
Между столами сновали слуги, едва успевая выносить с кухни новые блюда. Среди воинов вились еще одетые шлюхи, которых обычно из «Столичного» гоняли, но сейчас хозяину двора было не до этого – он едва успевал обслуживать своих многочисленных гостей, носясь между столиками наравне с молодыми служками. В углу на фоне всеобщего шума играла песни о славных воителях бродячая труппа музыкантов. Порой их поддерживал нестройный хор солдатни, но они быстро переключались на болтовню о турнире.
Воздух здесь буквально был пропитан предстоящим событием.
Анатарес отрезал своим столовым ножом добрый кусок свинины, им же его подцепил и проглотил за один раз. Свободной от ножа рукой, он взял кружку с пивом и хотел запить, но понял, что со столь набитым ртом это будет проблематично, потому печально отставил пиво и принялся активно прожевывать.
Ярла не ела совсем. Ее подташнивало. Юная охотница тяжело переживала долгое путешествие верхом. От постоянной тряски в седле ее мутило, а от нее самой пахло лошадью. В «Столичном» не осталось ни свободных комнат, ни бадей для мытья, потому им с Тарсом пришлось довольствоваться только едой и выпивкой. До города оставалось несколько проклятых километров, но как они не спешили, до вечернего закрытия ворот не успели. Потому им пришлось остаться на ночь в предместье. А учитывая количество прибывших на турнир, свободных коек в предместье не оказалось.
