– Нет, малыш, не сегодня. Ты останешься с бабушкой и дедушкой, ладно?
Лицо Эли сморщилось, а глаза как по заказу наполнились слезами.
– Я хочу с тобооой! – жалобно возразил он.
– Знаю, но я вернусь домой поздно, и тебе со мной будет скучно, приятель.
– Будет весело! Мне нравится гулять допоздна! – он крепче обхватил меня ногами и сжал мою шею в тисках.
– Эли, перестань! – я рассмеялась. – Дедушка обещал посмотреть с тобой «Ковбоев» с Джоном Уэйном. И могу поспорить, что бабушка сделает вам попкорн. Ты же хочешь этого?
Эли яростно помотал головой, и я поняла, что он не пойдет на уступки. Уж слишком часто я его оставляла в последнее время.
– МАААМ! Помоги! – громко крикнула я, чтобы она точно услышала.
– Езжай, Георг! Мы о нем позаботимся, – раздался голос отца с задней части дома, и я пошла с Эли на руках в спальню родителей.
Папа лежал на кровати с пультом в руке, без обуви, но в ковбойской шляпе. Он поприветствовал нас улыбкой и похлопал по месту рядом с собой, уговаривая Эли присоединиться к нему.
– Иди сюда, маленький дикарь. Посиди с дедушкой. Посмотрим, удастся ли нам найти хорошее ковбойское шоу.
Эли отпустил мою шею и неохотно скользнул вниз, падая на кровать несчастным комком. Он повесил голову, чтобы сообщить мне о своем недовольстве, но, по крайней мере, больше не возражал. Я быстро чмокнула его в макушку и тут же отпрянула, чтобы он не успел снова меня схватить. При желании его маленькие ручки бывали такими же цепкими, как щупальца.
– Мы будем смотреть ковбойское шоу, мамочка. Мамам вход воспрещен, – обиженно произнес Эли, исключая меня из своей компании, как я исключала его.
Затем он скрестил руки и шмыгнул, и, тяжко вздохнув, я встретилась взглядом с отцом.
– Спасибо, пап, – тихо поблагодарила я, и он подмигнул.
– Ты его слышала. Мамам вход воспрещен. Уходи отсюда, девочка, – повторил он с улыбкой.
