Алия постирала плащ. Наверное, в воде было что-то растворено, потому что отстирывались нечистоты с легкостью.
– Он мне рассказывал о том, что наша госпожа сделала с вами. И вспоминал о кое-каких еще фактах вашей, э-э, жизни.
– Ребиер слишком много болтает.
– Я кое-что знал и сам. Мои родственники вспоминали о вас.
– Родственники? – удивился Кестель.
– Вы проникали за границу их мира, которую они могут перейти лишь однажды – и безвозвратно. С вашей точки зрения, каково это, умирать? Я прошу прощения за бестактность, но вряд ли когда-либо встречал человека, пережившего подобное. То бишь столько раз пережившего умирание.
Кестель не ответил.
– Так вы мне не расскажете?
Кестель молчал.
– Жаль. Я разочарован, но понимаю вас.
– Наверное, рано или поздно вы сами узнаете, каково оно, – сказал Кестель.
– О да, иначе и быть не может. Уж в этом я уверен. Прошу прощения за нескромность.
Алия закончила умываться, и Кестель, к немалому ее раздражению, опять связал руки. Алия не стала надевать маску, но закинула ее за спину. Путники двинулись вперед по коридору, казавшемуся бесконечным.
– Собственно, с такими способностями вы могли бы попробовать и за Белые двери, – предположил Дунтель. – Если не вы, кто же еще сможет принести знание о том, что за ними?
– Как-то я не пылаю желанием.
– Для всех смерть – это раз и навсегда. А для вас лишь временное неудобство. Когда я об этом размышляю, то меня охватывает некоторая радость.
– Меня – нет, – отрезал Кестель.
– Ну конечно же, притом вы рискуете. Если умрет наложивший заклятие чародей, его чары утратят силу. То есть вы никогда до конца не уверены в том, что бессмертны. Вы знаете о том, что были бессмертны, но не уверены, что победите смерть и на этот раз.
Впереди послышались рыдания.
– Игра начинается заново, – предостерегающе подняв руку, сообщил Дунтель.
Девушка сидела на корточках у стены и плакала. Путники подошли ближе. Девушка посмотрела на них. В ее опухших от слез глазах не было страха – только горечь и боль.
– Что случилось? – спросил шагнувший к ней Дунтель.
Она шмыгнула носом, уставилась на Кестеля и, не обратив на Дунтеля внимания, сказала:
– Ты убил их. Всех убил.
Дунтель отошел, встал рядом с ловчим и показал на девушку.
– Кажется, это ваша загадка. Я думаю, Лабиринты очень заинтересовались вами.
Кестель подошел к девушке. На ней было простое серое платье и серые же кожаные сапоги на босу ногу.
– Кого я убил?
– Ты убил их всех. Хотя, может быть, и не ты. У того не было головы.
Кестель посмотрел на Дунтеля. Алия присела подле него на корточки и, склонив голову, наблюдала за происходящим.
– Пожалуйста, говорите, – попросил Дунтель. – Если не будете говорить – мы проиграем.
– А у кого не было головы? – спросил Кестель.
– У вурдалака.
– И что случилось?
– Ты же знаешь, что случилось. Хотя, может быть, и не знаешь, если это не ты. Я же говорила, что у того не было головы, – сказала девушка.
Она уткнулась лицом в ладони и застыла. Кестель коснулся ее плеча.
– Не трогай меня, ты, убийца! – взвизгнула она и стряхнула его руку.
– Ты же сама сказала, что это не я.
– Это ты. У того не было головы, но это был ты. Ведь правда?
– Не бойся меня. Я ничего тебе не сделаю.
– Ты думаешь, у тебя было право убить всех?
– Это не я, – повторил Кестель.
– Ты убийца и лжец!
– Это не я. Я не знаю, о чем ты.
– Ты думал, убьешь их всех и никто о том не расскажет? Я тоже так думала. Я считала, что ты убил и меня.
Девушка отвела волосы за ухо, открыв длинный рваный шрам.
– Когда я очнулась, то увидела, что ты сделал с моей семьей, во что превратил мой дом. Я тогда хотела умереть…
Кестель снова умоляюще посмотрел на Дунтеля. Тот вглядывался в лицо девушки и казался взволнованным. Он не сразу заметил взгляд ловчего, а когда заметил, то просто развел руками.
– Так это не ты?
– Нет, не я.
Она снова спрятала лицо в ладонях – но только на минуту.
– Жаль, – шепнула она. – А я думала, что нашла тебя. И что ты спасешь меня.
Она решительно встала и пошла вглубь коридора.
– Плохо, – сказал Дунтель. – Мы теряем ее. В результате можем провести недели, а то и месяцы в скитаниях по подземельям.
Алия вскочила и крикнула:
– Это он!
Девушка остановилась, отерла слезы с лица.
– Однако он же говорит…
– Он лжет, – повторила Алия. – Это он.
– Да что ты несешь? – буркнул Кестель, которому очень захотелось заткнуть Алие рот.
Но Дунтель указал на девушку и сухо приказал:
– Глядите туда и разговаривайте с ней!
– Но я и сама не знаю, можешь это быть ты или нет, – сказала она. – Я ни в чем уже не уверена. Все как в тумане.
– А если бы это и вправду был я, чего бы ты хотела от меня? – тихо спросил Кестель.
– Конечно же, выкупа. Чего еще?
– Выкупа?
– Да. Чтобы ты выкупил меня.
– А как я могу выкупить тебя?
– Ты не сможешь, если это был не ты, – указала девушка.
– Хорошо, это был я, – согласился Кестель, которому уже изрядно надоел разговор.
– Я не знаю, можно ли тебе верить.
– Это я. И как я должен выкупить?
– Если я ошиблась и это не ты, то никак не сможешь. Докажи, что это ты, – посмотрев на него с надеждой, попросила девушка. – Скажи, как называлось мое село.
