Обычно, по сложившейся в последнее время традиции, вечера Маша проводила с Харламовым. Они ужинали, иногда гуляли, им нравилось гулять по набережной, от «Шарль» до неё было рукой подать, затем ехали к нему домой. Непонятно, когда она успела привыкнуть к такому распорядку дня, да и вообще, привыкнуть к Дмитрию Харламову, но, по всей видимости, это произошло. А она только сейчас начала это осознавать. И в данный момент не знала, как сообщить ему новость о том, что этим вечером не составит ему компанию за ужином. Он, наверняка, начнёт задавать вопросы, возможно, насторожится, ей же придётся врать… Маша решила, что непременно скажет ему о встрече и разговоре со Стасом, но уже после того, как это произойдёт. Когда будет, что сказать. Если она, по крайней мере, для себя поставит в их отношениях точку, будет намного легче, да и понятнее. И, скорее всего, на отношения с Димкой, она посмотрит уже совсем иначе. Потому что нельзя, нельзя жить с человеком, спать с ним, готовить ему завтраки, встречать с работы, и продолжать считать, что это лишь интрижка и ничего не значит. И когда она вернётся после свадьбы сестры, им с Димой придётся обсудить… их отношения. Потому что они есть, и, если честно, она уже не представляет, что будет с её жизнью, если Харламов вдруг захочет всё закончить, и её из своей жизни выдворит, вот как сейчас из города. Это показалось настолько обидным, что Маша потеряла покой практически на целый день. Бездумно ходит мимо витрин магазинов, и не может думать ни о чём, кроме их скомканного разговора в машине и почему Димка не звонит. Прошло пять, шесть часов, а он не звонит.
- Что-нибудь купила? – живо поинтересовался он, когда Маша не выдержала и всё-таки набрала его номер. Его тон был полон энтузиазма и живого интереса, настолько, что Маша сразу решила: переигрывает. Но ответила совершенно спокойно:
- Всё, что планировала.
- Умница.
- Дима, ты занят? Когда ты будешь дома?
Он помолчал, затем протянул что-то бессвязное.
- Я пока не знаю. Но, скорее всего, буду поздно.
- Понятно, - проговорила Маша, старательно анализируя его интонации. Затем бодро проговорила: - Тогда я буду ночевать у себя.
- Машка, ты на меня злишься?
- За что? За то, что ты отправляешь меня к родителям отдыхать? Димочка, как я могу?
Он многозначительно хмыкнул.
- Ты злишься.
- Я просто не понимаю, что происходит.
- Ну, зачем тебе всё понимать? Сама говоришь, что соскучилась по родителям. Это же хорошо. Не обязательно понимать всё!
- Ты мне это говоришь?
- Тебе.
Маша завернула за угол, оказалась перед дверью какого-то технического помещения торгового зала, зато здесь не было ни души, и можно было говорить спокойно.
- Ты месяц назад брал меня на работу и говорил мне совсем другие вещи. Ты говорил: смотри. Ты говорил: слушай. Ты говорил: замечай всё и анализируй. Ты хотел, чтобы я была юристом, всегда, при любых обстоятельствах. А что случилось сегодня утром? Ты не пустил меня на работу и отправил в торговый центр. Покупать платье, Дима!
- Но ты ведь собиралась!..
- Перестань заговаривать мне зубы.
- А ты перестань строить из себя Мату Хари, - вдруг разозлился он. – Попробуй найти грань, дорогая, и побудь иногда просто бабой, сходи и потрать деньги. А не мои нервы. Всё, я занят.
И он отключил телефон. Маша настолько была переполнена эмоциями, возмущением, что едва удержалась от того, чтобы снова не набрать его номер. Но, вполне возможно, что Харламов просто не пожелал бы ответить. Поэтому Маша сжала свою обиду в кулаке, а телефон убрала в сумку. Что ж, она выполнит его просьбу. Она пойдёт тратить деньги, а вечером устроит ему скандал. Ведь так поступают бабы?
- Понятия не имею, как поступают бабы, - сказала ей Наташка, у которой Маша решила совета спросить. Не то что бы она в совете нуждалась, но девочки ведь должны делиться опытом, правда? – Но ты можешь попробовать, это даже весело.
- Думаю, он этого всё-таки не ждёт.
- Тем более. Устрой ему показательное выступление. Чтобы впредь не давал идиотских советов.
После этого замечания Маша всё же улыбнулась.
- Дима вряд ли обрадуется, узнай, что ты считаешь его советы дурацкими.
- Я все советы, исходящие от мужиков, считаю дурацкими. Исключений не делаю, и для твоего Харламова не сделаю. Так ему и передай.
- Скажешь сама при встрече. Я не рискну.
