- Он никогда не женится на тебе! – сказал ей Стас в спину. Маша уже уходила, подсознательно торопясь, будто знала, что он скажет ей напоследок что-то крайне неприятное. И после этих слов она сбилась с шага, судорожно втянула в себя воздух, и, не оборачиваясь, ответила:
- Я этого не жду.
Но ведь она не обманула, таких поступков она от Харламова не ждёт. Даже признаний в любви от него ждать, кажется, глупо, а уж жениться Дмитрий Александрович ещё долго не будет готов, о чём честно предупредил её в самом начале. Да и Маша не питала никаких романтических надежд и иллюзий. На данном этапе, для эмоциональной наполненности, ей хватало признания собственного отношения к Дмитрию Харламову. Она сказала Стасу, что любит его, сказала честно и открыто. И с этим предстояло научиться жить. Ей в первую очередь. А потом уже разбираться с Димкиными чувствами и планами на будущее. Феерии она точно не ждала. Зато в данный момент ждала звонка. Время близилось к девяти вечера, и Харламов должен был бы вернуться с работы домой. И не застать её. Маше была крайне любопытна его реакция. Настолько, что она запретила себе облегчать ему задачу, и отправилась к себе домой. После разговора со Стасом немного прогулялась, остужая голову и пыл, а когда устала, взяла такси и назвала свой адрес. Звонок Харламова застал её у подъезда. Автомобиль остановился, водитель обернулся к ней в ожидании, а у Маши зазвонил телефон.
- Минуту, - попросила она таксиста, и поднесла телефон к уху.
- Ты где? Ещё по магазинам гуляешь? – спросил Харламов, и его голос звучал куда мягче, чем при их последнем разговоре. Хотя, Маша знала, что будет именно так. Посмотрела за окно.
- Ты плохо обо мне думаешь, Дима.
- Я хорошо о тебе думаю, - возразил он. – Я, вообще, всегда хорошо о тебе думаю. Что странно.
Маша улыбнулась, а он снова поинтересовался:
- Так где ты?
- У своего подъезда.
- Почему?
- Чтобы ты позвонил и спросил меня об этом.
- А, значит всё так сложно?
- Не сложно. Ты же догадался и позвонил.
Он смешно сопел в трубку, затем нетерпеливо проговорил:
- Ладно, я осознал, давай, приезжай. – Маша молчала, и Харламов начал впадать в раздражение. – Мань, у меня был трудный день. Не делай его ещё хуже.
Ещё секунда, и она согласилась.
- Хорошо, я приеду.
- Мы потратили три минуты на твои уговоры. Потеря времени, - сказал он и отключился.
Вот как можно любить столь бездушного чурбана? Маша посмотрела на телефон в своей руке, и назвала таксисту новый адрес.
Когда она переступила порог квартиры Харламова, тот всё ещё выглядел недовольным. Но Маша почему-то сразу решила, что его недовольство к ней не относится. Видимо, он на самом деле устал, и кто-то его здорово разозлил. А она, помнится, собиралась устроить ему скандал. А вместо этого ей стало его жалко. Вот так женщины и попадают в зависимость мужского настроения. Умом это понимаешь, а сердцем всё равно жалеешь.
- Ты душ принял?
- Да.
- Устал?
- Да.
- Есть хочешь?
- Да.
После третьего короткого «да», Маша всерьёз насторожилась.
- Дима, что случилось?
Он остановился, задумался о чём-то, после чего решил соврать. Маша впервые с этим столкнулась. Не с тем, что Харламов ей врёт или недоговаривает, а с тем, что у него не хватило сил скрыть это.
- Просто устал.
Маша расставила на столе тарелки. С дальнейшими расспросами не спешила, и Дима молчал. Смотрел в окно и постукивал пальцами по столу. Затем вдруг голову повернул и на Машу посмотрел.
- Ты купила платье?
- Купила. Правда, оно дома.
- Ничего, потом покажешь. Родителей предупредила, что завтра приезжаешь?
Она помедлила с ответом, и Харламов нахмурился.
- Маня…
Она нетерпеливо взмахнула рукой.
- Я уеду завтра! Если ты хочешь, я уеду.
- Не говори так.
- Но тебе нужно, чтобы я уехала.
- Да.
У неё вырвался вздох. Отвечать и спорить она не стала, поставила перед Димкой тарелку с ужином. Попросила:
- Ешь пока горячее.
Он взял вилку.
- Чем ты занималась до вечера? Я был уверен, что деньги тратишь.
- На что мне тратить столько денег? – Маша присела за стол напротив него. Несколько секунд собиралась с мыслями, после чего решила признаться: - Я встречалась со Стасом.
Харламов жевать перестал, посмотрел на неё.
- Зачем?
- Мне показалось, что так будет правильно. После того, что случилось утром.
- А что случилось утром?
- Дима, перестань! Стас ушёл сам не свой!
Дима мрачно усмехнулся.
- И ты потеряла покой и помчалась его уговаривать.
Маша решила быть более осторожной в словах.
- Ни на что я его не уговаривала. Я ему кольцо вернула.
Харламов обдумал. Затем спросил:
- И что ещё?
Маша руками развела.
- Ничего. Хотя, мы, конечно, поговорили. Это давно нужно было сделать. Но Стас был не в настроении…
- Не в настроении?
- Немного пьян. Не знаю, зачем он меня в «Мартинику» позвал.
- А куда он должен был тебя позвать? Домой? Чтобы было удобнее пролить скупую мужскую слезу на твою пышную грудь?
Маша выдержала красноречивую паузу, прежде чем решиться на упрёк.
- Дима, не говори так.
- А как? Когда наш мальчик не в настроении, ему нужна жилетка. Я с некоторых пор ею быть не могу, мама его утомила. А тут ты… - Он взглянул многозначительно.
