Сейчас я – мешался. Докучал, прихлопнув пару десятков Служителей, товара хоть и полезного, но не особо ценного – если надо, других набрать не проблема. Но грохнуть надоедливого аборигена следовало, для чего и выслали по его душу закрытую турбоплатформу, смахивающую на хищную рыбу, неторопливо плывущую в трех метрах над землей. Дополнительное сходство с реальной акулой придавало этому летающему транспорту странное сооружение на верхней его части, очень напоминающее знаменитый плавник – вестник смерти для одиноких пловцов…
– Из тоннеля не выходите пока, я их отвлеку, – обернувшись назад, крикнул я своим товарищам – и метнулся в сторону, ибо заметил легкую, почти незаметную тень, что потянулась ко мне от турбоплатформы. Страшное оружие «смерть-лампа», но немного медленное. Пока сформируется устойчивый луч, проходит секунда-полторы, за которые можно успеть свалить с линии прицела. Правда, потом стрелок из той «смерть-лампы» уже полноценным лучом резануть может, достать шибко хитрую цель.
Поэтому я стрелку задачу осложнил, выпустив одну за другой три пули в лобовое стекло «акулы». В котором, кстати, немедленно обозначились три отверстия с расходящимися в разные стороны звездообразными трещинами. Ай да Кречетов, гад ползучий, сегодня я, возможно, прощу тебе пять процентов твоих грехов! Понятное дело, что обычной пулей бронестекло не взять, но пистолет, прокачанный артефактами и стреляющий урановыми пулями, для иноземных технологий оказался не по зубам.
«Акула» дернулась, словно раненый хищник. Однако водитель – то ли раненый, то ли сильно удивленный – попытался справиться с управлением. И ему это почти удалось. При этом «акула» начала стремительно окутываться мерцающим силовым полем… но тут что-то пошло не так.
Турбоплатформа «мусорщиков» дернулась еще раз, неловко завалилась на бок и грохнулась на землю. Сбоку «акулы» образовался слой тумана, из которого показалось кривое щупальце, словно сведенное судорогой. Показалось – и бессильно упало обратно в салон.
Похоже, всё. Кранты и водиле, и экипажу, который наверняка находился внутри, – «мусорщики» по одному не ездят. И дело не в моей запредельной удаче – очень сомневаюсь, что я тремя пулями умудрился положить весь экипаж. Просто уран токсичен, и при контакте пули с бронестеклом наверняка образовалась мелкодисперсная пыль этого самого урана, дышать которой крайне неполезно для здоровья любого живого организма. А «мусорщикам» так вообще противопоказано, это я еще в Хармонте понял, когда они пёрли на танковый заслон.[4] Дохнут они от той пыли практически моментально. Интересно, сколько этих тварей в крепости? Может, одного моего магазина на всех хватит?
Но в следующую секунду я понял, что серьезно ошибся.
Из так и не рассеявшегося тумана, словно прилепившегося к стене крепости, вынырнули еще три «акулы» и целенаправленно ринулись ко мне. Одновременно от них в мою сторону по земле поползли проклятые тени. При этом передняя часть турбоплатформ «мусорщиков» окуталась полупрозрачным силовым полем. Защитные экраны вывесили, сволочи!
Плохо. Очень плохо. Чертовски плохо. Теперь стрелять без толку, теперь только бежать надо. Правда, бежать тебе, сталкер, придется недолго и недалеко. Потому, что лучи «смерть-ламп» постепенно сходятся, беря тебя в «вилку», из которой уже не уйти, за пределы которой не вырваться. И мечись, не мечись, а один из трех лучей уже вот-вот коснется тебя, иссушая плоть, разрывая связь между молекулами, и в следующее мгновение по-любому осыплешься ты желтоватым пеплом на землю Зоны…
Но тут позади «акул», увлекшихся погоней за одинокой мишенью, одновременно ударили три пулемета. Прицельно, по хвостовой части крайней слева турбоплатформы, сзади не прикрытой защитным экраном.
Не знаю, пробили ли пули калибра 7,62 броню, сработанную представителями иной, высокотехнологичной цивилизации, но так или иначе, крайняя «акула» дернулась. То ли водила не ожидал атаки с тыла, то ли еще что, но летательный аппарат резко повело вправо, вследствие чего полностью уже сформировавшийся луч «смерть-лампы» резанул по соседним турбоплатформам.
Эффект оказался просто ослепительным, причем в буквальном смысле этого слова. Две «акулы», пораженные «дружественным огнем», полыхнули ярко-синим светом, настолько ярким, что я аж рефлекторно зажмурился на мгновение… осознавая при этом, что не время сейчас стоять столбом и жмуриться, словно кот на сметану. Но, с другой стороны, а что еще делать, если перед глазами пляшут два сверкающе-лазурных пятна и кроме них ты ни хрена не видишь?
Но делать было надо, ибо водила-«мусорщик» оставшейся «акулы» вполне мог вот-вот очухаться, развернуть свою машину и полоснуть смертоносным лучом по моим товарищам, так вовремя атаковавшим врага с тыла. О себе в эту минуту почему-то не думалось. Впрочем, что тут думать – действовать нужно.
