С утра, направившись первым делом в гильдию, я получил свой кулон железного ранга. Узнал также, что заданий нет — ни для железного, ни для серебряного ранга. Это было разочарованием. Ещё одна причина задуматься о переезде: в большом городе, я уверен, работы будет гораздо больше.
Отказавшись от приглашения Кроуэль подняться на второй этаж (не стоит слишком баловать её, пусть немного потомится в ожидании), я направился обратно домой.
Почти у самого выхода из гильдии я встретил Ханну, собирающуюся на охоту. Мы не обсуждали вчерашние события, но изменения, между нами, всё же произошли. Теперь Ханна как будто случайно касалась меня при каждом удобном случае: плеча, руки или спины. Это не было чем-то интимным, скорее жестом, который говорил о её потребности в близости и тепле. Она, наверное, с удовольствием бы просто обняла меня, как вчера, но ей не хватало смелости. Вчерашний момент был продиктован эмоциями, а сейчас её голову занимали сомнения и размышления.
— Собираешься на охоту? — спросил я, хотя ответ был очевиден.
— Да, ня, Сноу, а ты почему так скоро вернулся? Ты же вроде шёл в гильдию, ня, — сказала она, закидывая лук за спину.
— Да, но оказалось, что для меня сейчас просто нет заданий, — ответил я, качая головой и складывая руки на груди.
Ханна задумалась на мгновение, а потом, немного неуверенно, спросила:
— А ты не хочешь пойти со мной на охоту, ня? — Она теребила кончики волос, глядя на меня из-под ресниц.
Учитывая, что делать мне всё равно было нечего, выбор был очевиден: охота с Ханной, где я мог бы ещё больше её расположить к себе.
— Почему бы и нет, — ответил я с тёплой улыбкой.
Её лицо озарила сияющая улыбка. Она радостно подпрыгнула, потом немного замялась, но всё-таки схватила меня за руку.
— Отлично, ня! Я научу тебя всем премудростям охоты, ня! — сказала она, прижимая мою руку к своей мягкой груди.
— Жду с нетерпением, — сдержанно улыбнулся я.
Некоторое время спустя.
— Вот видишь, ня? — Ханна указала пальчиком на следы лап на снегу.
— Судя по всему, это следы лисицы, ня. По расстоянию между ними можно определить, шла ли она спокойно, ня, оглядывалась или бежала. А судя по этим следам, она бежала, ня, и довольно давно, ня. Возможно, она ранена, ня, но крови не видно. И на лапу она не хромала, ня, значит, скорее всего, убегала от хищника, ня.
Её анализ был впечатляющим. Всего несколько следов — и она рассказала так много.
— Будем преследовать её? — спросил я.
Ханна задумалась и покачала головой.
— Нет, лучше не стоит, ня. Тот, кто её преследовал, может быть монстром, ня. Пойдём лучше проверим последнюю ловушку, ня. Если она пуста, ня, придётся довольствоваться сегодняшними белками, ня, и остатками вчерашнего оленя, ня, — сказала она, направляясь в сторону от следов.
Было забавно наблюдать за ней. Во время охоты она становилась сосредоточенной и серьёзной. А как она принюхивалась, слегка задрав носик, — это была чистая милота.
Однако охота оказалась менее продуктивной в плане сближения, чем я рассчитывал. Ханна относилась к делу серьёзно, так что здесь не было места глупостям или шуткам. Я ждал момента, чтобы задеть её эмоции — радость, страх или удивление. И вскоре мне представился такой случай.
Ханна вдруг остановилась, настороженно принюхиваясь.
— Хм, сильный запах крови, ня, — прошептала она. — Возможно, животное просто поранилось, попав в ловушку, ня. Но всё равно будь на чеку, ня.
— Понял, — ответил я, понизив голос.
Мы осторожно двинулись к источнику запаха крови. Ханна, несмотря на свой милый и иногда наивный вид, двигалась уверенно, её глаза блестели концентрацией. Она неслышно ступала по снегу, чуть прищурившись, словно всё время анализировала происходящее. Я следовал за ней, внимательно следя за каждым её движением.
Вскоре мы вышли к небольшой поляне. Посреди неё виднелся раскуроченный снег, испачканный кровью. Ошмётки мяса и костей какого-то животного были разбросаны вокруг, словно кто-то быстро разорвал добычу.
Ханна подняла руку, жестом останавливая меня, и указала на следы. Они были огромными, намного больше, чем у обычного человека.
— Это монстр, ня... — прошептала она, слегка дрогнув.
Следы вели вглубь леса, в сторону холмов, которые местные называли "Мрачными уступами". Это место славилось своей дурной славой — говорили, что там обитают твари, которые обычно не покидают дремучих лесов.
— Что будем делать? — спросил я, осматриваясь.
Ханна задумалась, прикусив губу.
Нужно уходить, ня. Если этот монстр так близко, ня, он может напасть на деревню, ня. Я должна предупредить людей, ня.
Такой замечательный шанс и просто так его упустить?
— Давай хотя бы посмотрим, что это за существо. Мы не будем вступать в бой, только выясним, что за опасность грозит деревне.
Она помедлила, но потом кивнула.
— Ладно, ня. Но будь осторожен, ня.
Мы двигались по следу, стараясь не шуметь. Воздух становился всё более тяжёлым, а деревья вокруг сгущались, превращаясь в настоящие стены из тьмы. Запах крови усиливался, и вскоре мы услышали странные звуки — хруст костей и утробное рычание.
