Первое, что я почувствовал, — это ледяной холод, который окутал меня изнутри. Затем пришло странное покалывание в груди, а через мгновение оно превратилось в резкую боль. Я закашлялся, ощущая, как на шее появились небольшие разрезы — жабры. Пальцы изменились, стали длиннее, между ними натянулась прозрачная плёнка.
— Ну и ощущения, — прохрипел я, пытаясь привыкнуть к новым органам.
— Живой, мяо, значит, работает, мяо, — усмехнулся Нек, и отлакал из чашки зелье. Его трансформация была куда более зрелищной. Нек выгнулся, шерсть с его тела начала сыпаться хлопьями, обнажая гладкую, серую кожу. Его лапы вытянулись, когти стали длиннее, а между пальцами тоже появились перепонки. На шее у него прорезались жабры, а хвост стал шире, приобретя форму рыбьего плавника.
Когда спазмы прекратились, Нек тяжело задышал, пробуя жабры. Я набрал несколько флаконов зелья про запас и бросил их в подсумок, и обратился к чуть оклемавшемуся Неку.
— А тебе идёт, прям такая милая рыба-киска, — усмехнулся я. На что он только недовольно фыркнул.
— Слушай, а мы вообще сможем потом вернуть свой старый облик? — спросил я, разглядывая плёнку между пальцами.
— Сможем, мяо, нужно будет приготовить зелье обратного обращения, мяо, и я прекрасно знаю рецепт, мяо, — самодовольно сказал он, хлестанув рыбьим хвостом по моей ноге.
Больше мы не стали задерживаться у знахарки. Взяв свои вещи, мы вышли из дома. Я глубоко вдохнул, чувствуя, как холодный воздух наполняет не только лёгкие, но и жабры.
— Готово. Теперь, к морю, — сказал я.
На берегу уже сгущались сумерки. Я снял с себя всю одежду, в море она всё равно будет только мешать, оставив только пояс с мечом и подсумок, чувствуя, как холодный ветер касается новой, чуть более влажной кожи.
— Готов, мяо? — спросил Нек.
— Как никогда, — ответил я, сделав первый шаг в воду. Вода окутала меня ледяными объятиями, но жабры тут же заработали, наполняя меня новым кислородом. Подводный мир ждал нас, а где-то там, в его глубинах, русалы держали Ханну. Я зажал рукоять меча, чувствуя, как в моих жилах разливается холодная решимость. Я иду за тобой, Ханна, и за вами тоже рыбьи ублюдки, — подумал я, погружаясь в глубины.
Вода окутала всё тело, но с каждым движением я всё больше привыкал к новому состоянию. Мои движения стали плавными, словно у хищника, и каждая мышца работала идеально в этой новой среде. Жабры, наполняя легкие прохладной водой, создавали ощущение, будто я родился, чтобы покорять глубины.
Рядом со мной скользил Нек, его новый хвост грациозно разрезал воду, а глаза сверкали холодным золотом.
— Что ж, вот мы и в их мире, мяо, — негромко сказал он, словно сам океан передал его слова. — Скоро всё здесь станет твоим личным кладбищем, мяо.
Несмотря на глубину, я отчётливо слышал его голос, чистый и ясный, как никогда прежде.
После нескольких часов плавания перед нами вырисовались подводные скалы, острые, как клыки древнего зверя. Они поднимались к поверхности, окружённые слабым мерцанием кораллов, освещающих мрачную тьму.
— Это их сторожевые рубежи, мяо, — тихо предупредил Нек, нервно дёрнув хвостом. — Держимся ближе к теням, мяо.
Мы двигались бесшумно, оставаясь в укрытии мрака. Между скалами мерцали огни — патрули русалов. Их копья светились магической энергией, создавая зловещий танец света и тени. Русалы двигались быстро и решительно, словно акулы, готовые к атаке.
Первый патруль остановился неподалёку от нас. Трое русалов лениво осматривали окрестности, их перепончатые пальцы сжимали древка копий. Я поднял руку, остановив Нека.
— Жди здесь, — прошептал я.
Я выскользнул из тени, каждый мой шаг сливался с ритмом окружающей воды. Моя цель даже не успела обернуться, когда я оказался за её спиной. Чёрный клинок прошёл через шею, словно сквозь мягкую ткань. Русал захрипел, его кровь была синей, словно бездонные глубины зимнего моря. Она расплылась в воде густыми вихрями.
Второй русал обернулся, его глаза расширились от ужаса. Я был уже рядом. Удар снизу-вверх вспорол грудь, и его тело выгнулось в последнем конвульсивном движении. Третий попытался закричать, но я метнул клинок, и он, словно тёмная молния, прошил его горло. Русал захлебнулся кровью, медленно оседая на дно.
Когда я вернулся к Неку, он наблюдал за мной с изрядной долей восхищения.
— Ты даже не оставляешь им шанса, мяо, — сказал он, стряхивая с хвоста несколько пузырьков воздуха.
— Это не битва, Нек, — ответил я, стирая капли крови с клинка. — Это истребление.
Мы продолжили путь, скрываясь в тенях. Магические огни патрулей, что должны были пугать врагов, теперь лишь подсвечивали новых жертв.
Следующая группа состояла из четырёх русалов. Я подкараулил их в узком проходе между скалами. Первый русал рухнул на дно, когда мой меч одним движением рассёк его спину. Второй развернулся, пытаясь нанести удар копьём, но я перехватил его руку, ломая кость и добивая клинком.
