Пусть оружие мое не сгодилось в том плане, что я задумывал, обнаруженный способ применения оказался еще лучше. На лету подхватывая свободные концы жгутов — так, что в руках у меня оказались две короткие петли, — я хлестанул чешуйчатых "песиков" по оскаленным мордам… Тьфу, у них и зубов-то нет, вместо того какая-то странная плетенка во всю пасть! Один из зверей, взвизгнув, стушевался, но второго сопротивление намеченной жертвы не остановило. Я успел отпихнуть руками беззубые челюсти — от плетенки так и дохнуло холодом — и от души наподдать коленом под брюхо. Пинок отбросил иссушенное тело на несколько шагов, этаким снарядом опрокинув зверюгу на двоих ее товарок. На месте происшествия вмиг образовалась грызливая сварливая куча. Но мне некогда было радоваться успеху. Слева наседала вторая тварь, схлопотавшая по морде. След магической нити отсвечивал среди плетенок головы мерцающим длинным шрамом.
Пока я с ней разбирался, справа подковыляла на трех ногах охромелая зверюга, заработавшая по лапе. Я медленно отступал, размахивая жгутами. Несколько раз что-то ожигало меня по рукам, ногам, туловищу… Потом разберемся. Тут бы только устоять. На близком расстоянии петли были не самым удобным оружием и я, улучив момент, умудрился перехватить их еще раз, обматывая кулаки магическим подобием кастетов. Веса они не добавляли, но повреждали плетенки, и это пронимало тварей куда сильнее обычных пинков и зуботычин.
С "кастетами" дело пошло на лад. Успешный удар по башке отправил отдыхать настырную хромоножку, второй противник предпочел от нападения вернуться к запугиванию и ворчал на меня с расстояния в несколько шагов, злобно морща основательно битую морду. Почуяв, чем пахнет размотанный жгут на левой руке, тварь поджала хвост и с визгом бросилась наутек, но тут мне стало уже не до ее преследования. Зверюга, которую я отшвырнул в самом начале, навела порядок среди возмущенных сородичей и вновь ринулась на меня. Похоже, она была в этой стае вожаком. Холодная плетенка пасти пронеслась возле самой моей шеи — я едва успел отскочить, и тотчас же получил по ноге хвостом, напоминающим узкую гибкую пилу. "Комету тебе в гороскоп, дрянь!" — в сердцах подумал я, с силой обрушивая жгут на хребет вожака. Он угодил в глубокую вогнутую петлю плетенки, идущей вдоль позвоночника…
Нить я разделил, не задумываясь. Отбросил зацепившийся конец, словно ящерица хвост.
Мгновенно проследовавший взрыв отшвырнул меня к стене. Хвала звездам, сознание я не потерял, только оглох и совершенно ошалел. А когда с трудом, цепляясь за шершавый камень, мне удалось подняться, сражаться было уже не с кем. Передняя половина вожака валялась у меня под ногами, перебирая в воздухе лапами и слепо клацая пастью. Часть зверя, состоявшая из плоти, умерла, но заклинания были целы, они и заставляли двигаться уже окончательно неживое тело. Заднюю половину, судя по вспышке и оседающему облачку пепла, отнесло аж на охранную плетенку. Тварь, оказавшаяся слишком близко к месту взрыва, билась в судорогах у противоположной стены. А остатки стаи, в количестве двух голов, бесславно улепетывали восвояси, справедливо порешив, что с такой обнаглевшей дичи как Ксин Чертополох проблем заполучат куда больше, чем пользы.
Первым делом я разделил и рассеял магические нити, и лишь потом принялся за подсчет ущерба. Самой неприятной выглядела длинная неровная рана от хвоста на едва поджившей после Ящера ноге. И чем она им всем так нравится! Остальные повреждения были не столь серьезны, зато многочисленны. Где-то зацепили хвостом, где-то когтями, где-то остался глубокий ожог от пасти, не говоря уж о такой мелочи как содранные о чешую кулаки. А еще я чуял, что встреча с болотными зверьми — далеко не последняя. Сейчас они удрали, но обязательно вернутся, стоит показать им свою слабину.
Всю дорогу до выхода мне чудился еле слышный цокот когтей далеко позади. Ну уж нет, твари, не сдохну, даже не надейтесь! И не такие пытались извести.
По пути я решил подвести хоть какие-то итоги бою, который с натяжкой мог сойти за магический. Теперь я понимал, зачем создают всевозможные мечи, копья и прочее артефактное оружие, и почему им не брезгуют порой сами чародеи. Голыми нитями драться не то чтобы неудобно — почти невозможно. Это меня улица приучила соображать быстро, чем, кого и как можно отправить к Небесным Родителям. Какой-нибудь желторотый чародейчик в зеленой мантии, не державший оружия за пределами тренировочного зала, не протянул бы на моем месте и нескольких мгновений. Хотя… Что я себя обманываю! Желторотый чародейчик имеет в своем распоряжении штуковины посерьезнее жгутов силы.
Другая проблема заключалась в том, что мои нити поражали исключительно себе подобное. Сквозь живую плоть зверей они проходили свободно. Боевые заклинания устроены как-то иначе. Да взять хотя бы то, что заменяет "собачкам" зубы! Жжется почище раскаленного прута. Разобраться бы еще, в чем тут дело…
