– В точку, главарь. Только есть одна проблема. Умру я независимо от того, свернешь ты мне шею или нет. Я ведь искусственное существо. Созданное из крайне разнородного… хм… материала. Вместе его удерживает лишь магия. Очень тонкие конструкции, имеющие тенденции к спонтанному рассеянию. Если не подпитывать их регулярно энергией, я погибну. Сама я сделать этого не могу. После того, что сотворил со мной Дайне, аура изуродована куда сильнее тела. Я продолжаю слышать эманации, но не способна ими манипулировать. Если бы не это, я давно бы перегрызла извращенцу глотку вместо того, чтобы сторожить его дом и ублажать дурные фантазии. Я не могу уйти отсюда без мага, способного поддерживать конструкции. Я хочу, чтобы впредь это делал он.
Когтистый палец уверенно ткнул в сторону Палиара. Парнишка судорожно вздрогнул. Кажется, грядущая разборка с боевиками пугала его меньше перспективы постоянного общения с чешуйчатой красоткой.
Но кое-что в поведанной истории все равно не сходилось.
– У вас в Академии это в порядке вещей – ставить опыты над собственными адептами? – поинтересовался я.
– Нет, – с неохотой отозвалась химера. – И просто над людьми тоже. Это преступление. Тяжкое.
– Так почему ты не отправилась в Академию, чтобы этому Дайне оторвали голову?
Тварь помрачнела еще сильнее:
– В глазах Академии я сама преступница. Причем покойная. Заявись я туда, мне могли бы отказать как в помощи… так и в статусе человека. Собрать авторитетную комиссию и доказать, что теперь я не что иное как гуманоидный подопытный образец. С правом на клетку в виварии. Меня, знаешь ли, недолюбливал не один Дайне. Я развеяла твои сомнения?
– Нет, но время поджимает. Палиар, освободи ей ноги. – Я подобрал артефактный меч и обернулся к химере: – Провожай.
Выход оказался там, где я не заподозрил бы в жизни. Гадство, а ведь можно было догадаться! На окруженной кустами лужайке начинался ступенчатый каскад водоемов, первым из которых был небольшой, чуть выше человеческого роста водопад, стекающий со скалы и разливающийся озерцом в ее основании. Даже мне, визуалу, оказалось не под силу разглядеть дымку маскирующих контуров за рябью водяных брызг. Слухача обманул бы шум. И, кажется, не зря здесь посадили эти цветы с отчетливым запахом, способным отбить чутье у нюхачей.
– Держитесь середины, если не хотите потом сохнуть, – предупредила химера. – Настоящая вода течет по сторонам. Иди сюда, тактильщик, будешь расплетать охранку. Если еще и руки мне освободишь, я смогу тебе на нее указать.
– А меч не вернуть, нет? – поинтересовался я. – Может, еще и горло себе перерезать? Чтоб тебе не возиться?
Тварь довольно оскалилась:
– Боишься, главарь? Что не сможешь справиться с женщиной?
Я уставился в насмешливо сощуренные желтые глазищи:
– За мелочь дурную меня держишь, да? А что как и впрямь поведусь, не боишься? Возьму, да и сверну тебе шею, чтоб не переживать за свою слабость. Какую тональность искать?
Химера лишь с досадой повела плечами – мол, раскусил, что делать! А хладнокровия ей не занимать!
– Быстро же у вас там взрослеют, – заметила она со вздохом. – До мажор – контролирующий контур, ля минор – основной. Смотри не вляпайся в него ненароком.
– Смертельный, да? – сиплым шепотом поинтересовался Палиар, но тварь лишь рассмеялась в ответ – тем самым неприятным прерывистым шипением.
– Здесь нет смертельных ловушек. По крайней мере тех, что срабатывают самостоятельно. Это ведь жилой дом. Везде, где могут появиться хозяин, его гости и домочадцы, стоят силовые щиты, иллюзии и различные виды обездвиживающих сетей. Более серьезная защита, рассчитанная на штурм здания, требует принудительной активации.
– То есть, – воодушевился я, – мы можем направить их на боевиков?
– А ты хваткий… Но об этих контурах забудь и думать. Их активирует лишь ключ, настроенный на Дайне. Либо попытка взлома. Такое ломали только визуалы после долгого анализа структуры. И далеко не всегда успешно.
Надо сказать, времени даром я не терял, в течение разговора тщательно вглядываясь в рябь маскирующих плетенок, пока не уловил за ними смутную тень контролирующего контура.
