— Это будет нелегко в неразберихе приближающегося карнавала. Но если они захотят собраться в эти дни, то не найдут ни одной дыры, где смогут спрятаться от глаз моих людей. И тогда уже нынче вечером мы выловим кого-нибудь из них.
Мастро Коло окунул в тигель трубку, и на ее конце появилась маленькая светящаяся капелька. Он поднес трубку ко рту и начал вертеть в губах, дуя изо всех сил. Под восхищенными взглядами подмастерьев розоватый пузырь обретал форму, вытягиваясь и подрагивая, как живое существо. Слегка покачивая трубку, мастер принялся выправлять форму пузыря, пока тот не превратился в удлиненный бокал. Потом точным ударом железного ножа мастер отсек верхушку пузыря и поставил ее на скамью перед печью.
Искрящееся стекло стало быстро остывать, а мастер тем временем все вращал и вращал трубку, чтобы оно остывало равномерно. Наконец он с гордостью продемонстрировал результат своей работы подмастерьям, столпившимся у него за спиной.
— Поглядите-ка на этот бокал. Он достоин стола самого Папы Сикста! Даже в Венеции не смогли бы сделать тоньше. И каждый день благодарите Господа, что попали ко мне в мастерскую! За то, что умеете делать вы, вас всех давно следовало бы отправить на галеры!
Подмастерья все как один опустили глаза, но тут же их подняли, ибо в дверях появилась фигура женщины. На ней был красный плащ, весь в складках от порывов ветра, бушевавшего снаружи. Лицо скрывала вуаль, из-под которой синим огнем сверкали глаза.
Мастро Коло тоже заметил гостью. Четырьмя короткими криками он разогнал подмастерьев, и те разбежались по своим каморкам. Сам же он с почтением шагнул вперед, приглашая даму войти.
Незнакомка оставалась на пороге, пока мастерская не опустела, потом вошла, и на ее лице под вуалью появилось выражение немого вопроса.
— Ваш заказ готов, — сказал стеклодув, кланяясь и жестом приглашая гостью к шкафу возле стены. — Все в точности как вы просили.
Женщина, по-прежнему не говоря ни слова, подошла и взяла в руки первый из стоящих в ряд предметов. Это был сосуд из молочного стекла необычной формы — цилиндр трех пядей в высоту и едва в несколько пальцев шириной. Сверху виднелось узкое, как у бутылки, отверстие, но без малейшего намека на горлышко. Незнакомка взвесила цилиндр на ладони и простучала его молочно-белую поверхность ногтями, словно проверяя на прочность. Под встревоженным взглядом стеклодува она проделала то же самое с остальными цилиндрами, и только тогда на ее лице появилось удовлетворенное выражение.
Женщина указала на ивовую корзину, стоявшую на полу.
— Прекрасная работа, мастро Коло. Вы вполне заслужили свою славу, — произнесла она мелодичным, но странно холодным голосом. — Обложите их как следует соломой, и я заберу их с собой.
Стеклодув, довольный похвалой, еще раз поклонился и принялся рядком укладывать сосуды в корзину. Заметив, что гостья смотрит на него с одобрением, он осмелел и спросил:
— Я работал тщательно, но никак не мог понять, для чего вам послужат эти сосуды. Вы заказали мне весьма занятную форму, высокую и узкую. Если вы намереваетесь хранить в них вино, то для этого они слишком неустойчивы, могут легко перевернуться…
Не отвечая, женщина взяла корзину и направилась к выходу.
— Вам хорошо заплатили, — заметила она с порога, по-прежнему не оборачиваясь. — И эта сумма компенсирует странности заказа. Имейте терпение, и скоро получите еще заказ. Если же терпения вам недостанет, то сгорите, как полено, в собственной печи. И тогда вашей компенсацией будет смерть.
Мастро Коло застыл на месте. С минуту он пытался осмыслить слова женщины, потом, пересиливая страх от таившейся в них угрозы, выглянул за порог, чтобы посмотреть, куда она пошла. Но на улице не было ни души. Может, она забежала за угол на другой стороне? Может, спряталась в одном из ближних домов? А может, ее ждала карета? Тогда он спросил себя: должен ли он донести властям об угрозе? Но о чем доносить?
Он только сейчас отдал себе отчет, что ни разу не видел ее лица. Только голос сквозь вуаль и сверкание голубых глаз. Если бы ему удалось выведать секрет этого цвета, он стал бы королем всех стеклодувов Рима.
Должно быть, эта женщина тоже была королевой.
Пико энергично дернул за цепочку, свисавшую из отверстия рядом с дверью в башню, и услышал, как где-то далеко звякнул колокольчик. Ему пришлось подождать еще несколько мгновений, потом стукнул засов, и дверь открылась. На пороге стоял Франческо Колонна с зажженным канделябром в руках.
— Вы один? — спросил Пико, удивившись, что навстречу ему не вышел слуга.
— Пойдемте, — ответил хозяин, первым начав подниматься по лестнице. — Я отослал всех слуг. Уединение — одно из условий.
Пока они поднимались на верхний этаж, ощущение заброшенности росло. Франческо привел Пико в уже знакомый зал и подошел к разделенному колонкой окну, поставив канделябр на подоконник.
