Возле старой голубятни всё так же искрилась электрическая аномалия, сердито треща своими изломанными молниями, а над ветхой постройкой медленно кружила ночная птица. То ли временная петля захватила новую жертву, то ли просто Зона всегда восстанавливает созданные ею памятники, в которые не нужно стрелять ни при каких обстоятельствах.
А впереди, над крышами деревенских домов, были хорошо видны освещенные луной вышки кордона, с которых били в сторону Зоны лучи мощных прожекторов. Военные явно ждали гостей, для которых были заранее приготовлены длинные ленты, нашпигованные свинцовыми подарками.
Богдан и Анна остановились в тени последнего дома. С вышек кордона их сейчас было не видно – и не будет, если они бегом рванут по открытой местности, лавируя между лучами, медленно обшаривающими Зону. Часовые на вышках ослеплены светом своих же прожекторов и видят лишь то, что лучи выхватят из темноты. Но как обмануть патрули, обходящие внутренний периметр впритирку к забору из колючей проволоки, который, кстати, похоже, усилили, сделав двойным?
Сталкер опустил винтовку, в прицел которой он рассматривал фактически непреодолимое препятствие. Плохо дело. Можно, конечно, попытаться добежать до лаза, который проходит под забором, но пока они будут протискиваться туда с девочкой и раненой блондинкой, их сто процентов заметят патрульные, которые шастают вдоль забора, проходя контрольную точку с периодичностью минут в восемь-десять.
«Я помогу, – прозвучал в голове голос Надежды. – Только я не смогу долго держать группу людей. И еще должно быть что-то, что их отвлечет, заинтересует».
Богдан не совсем понял, что Надежда имеет в виду под удержанием группы, но в его голове сложился план. Безумный, но другого не было.
– Короче, девушки, – хриплым от волнения голосом произнес он. – Сейчас луч вон на той вышке сместится влево, и вы бежите за мной.
– Под пулеметы? – уточнила Анна.
– Караульные нас не увидят, – сказал Богдан, хотя сам был далеко не уверен в этом. Но другого варианта не было. Из Зоны нужно выходить по-любому, не жить же в ней теперь. А уж если заметят их пулеметчики, то боль будет мгновенной, после чего станет всё равно.
Луч прожектора мазнул по хилому, кривому кустику, который Богдан наметил себе в качестве ориентира, и пополз дальше.
Пора!
Сталкер рванул с места… Ну, как рванул. Как смог. С девочкой на руках особенно не побегаешь, плюс рана ныла, покоя требовала. Да и более полутора суток без сна и нормального отдыха сказывались. Но он бежал, при этом даже периодически оглядываясь – как там девушки?
Анна держалась молодцом. Практически волокла на себе блондинку, которая тоже старалась. Но ее бледное лицо говорило само за себя – раненая девушка с трудом удерживалась на грани, за которой следует потеря сознания.
Но пока удерживалась…
На бегу Богдан прикидывал расстояние до цели – того самого замаскированного лаза, через который он столько раз водил «туристов» в Зону. Триста метров до него… Двести… Сто… Пятьдесят…
– Стоять, мля! – раздался в темноте знакомый голос. – Это государственная служба охраны кордона! Быстро попадали харями в землю и сцепили руки на затылке!
Богдан остановился, покрепче прижав к себе Надежду, боясь уронить ребенка от слабости. Но… неужто получается? Мысленно он попросил девочку, чтобы та сымитировала в головах патрульных ситуацию двухдневной давности. Естественно, Бармен не договаривался с охраной кордона насчет фальшивой прогулки «туристов», да и в сложившейся ситуации инструкции у патрульных могли быть только одни – стрелять на поражение. Но пока что вроде девочке удавалось контролировать их мозги, и нужно было как можно быстрее форсировать ситуацию.
– Погоди, Тарас, – сказал Богдан, опуская девочку на землю. – Сегодня всё по-другому.
– Чё по-другому? – слегка опешил начальник продажного патруля, входя в полосу лунного света. Не зря ему дали прозвище Кривой – через левую половину лица у него шел длинный, страшный шрам, пересекавший пустую глазницу, и даже черная повязка на глазу не могла полностью закрыть эту жуткую отметину. – Чё за нах, не понял?
Вместо ответа Богдан достал перевязанную пачку денег, свою заначку, которую он всё это время носил во внутреннем кармане камуфляжа, и протянул ее Тарасу.
– Здесь втрое больше, чем обычно. Бармен должен был сказать. Это мои родственники, которым я решил показать ночную Зону. Поэтому мы просто пройдем через КПП, и ты со своими ребятами нас не видел. Так нормально?
Кривой Тарас пожал плечами, задумчиво вертя в руках солидную пачку денег.
– Да нормально, – пожал он плечами. – Пацанам на КПП сейчас скажу, чтоб обычную комедию не ломали. Только ты в следующий раз своей родне чё-нибудь другое показывай, а то слухи пойдут, сам понимаешь.
И потянулся к рации, закрепленной на плече.
– Давай лучше лично скажешь, когда подойдем, – остановил его Богдан. – А то не поймут, мозги выносить начнут на тему что да как…
– Это они могут, – согласился Тарас. – Ну чё, пошли, что ли?
