Закон забвения полностью

Последовал обмен еще несколькими письмами. Потом наступила долгая пауза, вызванная войной с Голландией и прекращением судоходства через Атлантику. В то августовское утро 1674 года, в день визита Уилла к норвоттакам, минуло полтора года, как он в последний раз получил вести от Фрэнсис.

Устроив Неда в кресле и открыв окно достаточно широко, чтобы проветрить спертый воздух в комнате, Уилл упаковал бобровые шкуры и перенес их вниз, к Расселу.

– Как наш друг сегодня утром?

– Как и прежде. Может, немного слабее.

– Бог призовет его, когда сочтет нужным. Теперь уже недолго.

Год за годом они вели один и тот же разговор. Иногда Уилла посещала мысль: а не переживет ли Нед их обоих? Рассел бросил взгляд на мешок:

– Снова торговля с индейцами? Вас не видели, я надеюсь?

– Нет, я всегда осторожен. Две дюжины бобровых шкур готовы к отправке в Бостон. Пять шиллингов за штуку. Итого шесть фунтов. Я приготовил список товаров для заказа из Хартфорда.

Для Уилла служил источником гордости тот факт, что он способен заработать себе на жизнь. Благодаря прибыли от торговли с индейцами и доходу от вложений, сделанных от их имени Гукином в 1661 году, да если добавить подарки из дома и наследство в пятьдесят фунтов от Ричарда Сэлтонстолла из Ипсвича, их с Недом можно было считать почти богачами, даже за вычетом уплаты ренты Расселу.

– Вам пришло письмо из Англии.

Уилл узнал почерк Фрэнсис.

– Спасибо, Джон. Слава Богу.

Когда он взбегал по лестнице, руки его немного дрожали от нетерпения.

– Эй, Нед, наконец-то новости от Фрэнсис!

Старик что-то пролепетал.

Уилл подставил кресло к его постели, сломал печать и начал читать вслух:

– Датировано двадцать девятым марта. «Дорогой мой Сын, многое случилось с тех пор, как у меня в последний раз была возможность тебе написать, но начать придется с самой тягостной из вестей: на восемнадцатом году жизни милую нашу Бетти призвал к себе Господь».

Он поднял глаза. Нед смотрел в потолок, лицо его ничего не выражало. Уилл пожалел, что не прочел письмо сначала про себя, но теперь не мог уже остановиться.

Здоровье у нее всегда было плохое, и мы готовились, но она пережила чуму и пожар, и потому обрушившийся удар был очень тяжелым. Пусть Творец наш и Спаситель подаст тебе такое же утешение, какое подал нам. А еще тебе следует знать, что Фрэнки недавно вышла замуж за засольщика по профессии, джентльмена, но из обедневших, поскольку дела ныне не процветают. Она непраздна, и время разрешения от бремени близится. Дорогой мой, боюсь, ты на меня рассердишься, что сделано сие без твоего ведома и совета, и, хотя я тщусь быть хорошей матерью и молюсь о вразумлении, не могу не признать, что мне не хватает твоей мудрости и наставления…

Уилл скомкал письмо и потихоньку ушел к себе в комнату. Образ Бетти, помутневший со временем, превратился в бледное пятно. Фрэнки оставалась для него маленькой девочкой с куклой в руках. Их жизни прошли мимо него. Теперь одна мертва, а другая вышла замуж и беременна. Он заплакал о них обеих и о себе. Когда он вернулся в комнату к Неду, тесть повернулся лицом к стене и не смотрел на него.

Несколько дней спустя, после того как Уилл покормил Неда ужином, Рассел принес еще одно письмо, вложенное в пакет от преподобного Хука. Послание от Фрэнсис было коротким и датировано несколькими неделями позднее предыдущего.

Сердце мое дорогое, спешу сообщить, что два дня назад Фрэнки произвела на свет мальчика, но малыш, названный в твою честь Уильямом, прожил всего несколько часов. Она была плоха, но Господь не оставил ее в пору нужды, и теперь ей становится лучше по милости Того, Кто призревает нас.

Уложив Неда спать, Уилл расположился за столом в комнате тестя. Мотыльки порхали вокруг свечи. Он собрался писать ответ и теперь подыскивал слова.