– Меня зовут Фрэнсис Стивенсон. – Она сглотнула. – Но я скорее известна ему как Фрэнсис Гофф. Полагаю, он знавал моего мужа. И моего покойного отца, полковника Уолли.
Женщина была так ошеломлена, что прошло какое-то время, прежде чем она обрела дар речи.
– Ждите здесь.
Она поспешила через двор в амбар и через минуту вышла вместе с высоким крепким мужчиной с серо-стального цвета волосами и бородой.
– Это так? – спросил он.
– Бог свидетель. – Фрэнсис прижала руки к сердцу.
Он бросил взгляд поверх ее плеча на дорогу.
– Вы одна?
– Да. Один попутчик с корабля указал мне дорогу, но это все.
– Ему известно, кто вы на самом деле?
– Нет.
Он подошел к калитке и еще раз огляделся.
– Лучше вам зайти в дом.
Усевшись за кухонный стол, она предъявила письмо от Уилла.
Гукин прочел его первым, потом передал жене.
– Эта цитата из Писания…
– «И будете жить спокойно на земле; и будет земля давать плод свой, и будете есть досыта, и будете жить спокойно на ней». – Фрэнсис улыбнулась. – Как это похоже на Уилла – подыскать самое подходящее место.
– Это верно. – Дэниел посмотрел на жену, потом снова перевел взгляд на Фрэнсис. – Вы уверены, что это его рука?
– Никаких сомнений. Взгляните: вот все другие его письма мне.
Она извлекла драгоценную связку, перехваченную ленточкой, и разложила ее содержимое на столе.
Гукин взял одно из писем и сравнил с посланием. Потом повторил это же действие еще несколько раз.
– Я не вижу разницы. – Он снова обратился к жене. – То, что у нее их так много, само по себе доказательство, поэтому я верю, что она говорит правду.
– Сколько у вас детей, миссис Гофф? – спросила миссис Гукин.
– Пятеро… Теперь четверо – одна дочь умерла. Фрэнки, Нэн, Джудит, Дикки и Бетти. Бетти – это та, которая скончалась.
– А как зовут вашего дядю, который жил в Нью-Хейвене, и его жену?
– Уильям и Джейн Хук. Дядя Уильям ныне, увы, тоже преставился.
– Жаль это слышать, – сказал Гукин. – Да упокоит Господь его душу.
– Мы прожили трудные годы. Но теперь мои дети выросли и устроились. Я не видела причины не приехать немедля. Я проделала тысячи миль. – Фрэнсис разрыдалась. – Мистер Гукин, любовью Господней заклинаю вас, скажите, где он.
Гукин надул щеки и провел рукой по седой шевелюре.
– Это не так-то просто, миссис Гофф. Я не видел Уилла много лет, и года два или три не получал от него вестей. Возможно, он умер или снова переехал, кто знает? И я совсем не уверен насчет того, безопасно ли это. – Он бросил на жену вопросительный взгляд, та кивнула. – По последним известиям, он жил под крылом у капитана Булла в Хартфорде, в Коннектикуте.
– Спасибо. – Она с облегчением уронила голову и начала собирать письма. – Не стану более отвлекать вас.
Гукины проводили ее до двери. Восемнадцать лет и три месяца прошло с появления цареубийц на их пороге.
– Божьей вам помощи, миссис Гофф. – Мэри взяла Фрэнсис за руку. – Надеюсь, вы найдете Уилла. А если найдете, передайте ему самые теплые наши пожелания. Скажите, нам очень жаль, что мы не могли сделать больше.
Нэйлер ждал ее за мостом. Он сидел на траве, привалившись спиной к дереву, и смотрел на проезжих. Он страстно мечтал о трубке табака, но вместо этого приходилось посасывать длинный стебель травинки. Вопреки внешнему спокойствию, душу его обуревала тревога. Завоевать доверие Фрэнсис было нелегко. Но настоящее испытание происходит сейчас. Гукин – это не одинокая женщина, жаждущая обрести дружескую поддержку. Насколько Нэйлер помнил, это настоящий предводитель общины: опытный, проницательный, и наверняка он до сих пор начеку относительно всех расспросов про цареубийц. Он оставил в дураках полковника Николса, который допрашивал его после экспедиции по захвату Нового Амстердама четырнадцать лет назад. Прежде чем открыть местонахождение Гоффа, Гукин вполне может сначала справиться у него самого, приглашал ли он сюда жену. Тогда все пропало.
Он заметил, как она едет по склону к мосту. Времени прошло мало. Хороший знак или плохой? Нэйлер поднялся. По ее лицу трудно было что-то понять. Даже когда Фрэнсис пересекла мост и ждала, пока он сядет в седло, ее настроение оставалось неясным. Они молча тронули лошадей. Женщина целиком погрузилась в собственные мысли. Ему очень хотелось знать, как все прошло, но он воздержался от вопросов.
И лишь когда они вернулись в Бостон, сдали лошадей и шли обратно к гостинице, она наконец заговорила.
– Спасибо за все ваши сегодняшние хлопоты, мистер Фостер.
– Надеюсь только, что они были успешными… – Не заданный до конца вопрос повис.
Она не стала развивать тему.
– Какие теперь у вас планы? – осведомилась женщина.
– Найти проводника, который отвел бы меня в Хедли.
– Скоро отправляетесь?
– Через день-другой. Путь дальний, а завтра наступает ноябрь. Погода уже поворачивает на холод.
Фрэнсис снова помолчала, обдумывая что-то.
– А далеко Хедли от Хартфорда?
– Близко, как мне кажется. Определенно, они находятся в одной стороне. – Ему не хватило сил сдерживаться. – А почему Хартфорд? Это там живет ваш муж?
