– Ты пойдешь с ними?
– А кто еще будет проводником? Одним им такое расстояние не преодолеть.
Женщина сложила руки на груди и уставилась на огонь. Снова молчание.
– Что скажешь, Уилл? – спросил Нед.
Уилл потрепал спаниеля за уши. Они были мягкие, теплые, словно шелк. Перед мысленным его взором возникла вдруг Фрэнсис вскоре после свадьбы, нагая в свете очага в их спальне. Ему пришлось тряхнуть головой, чтобы отогнать видение.
– Я бы предпочел лежать перед очагом, словно Бонни сейчас, но Бог избрал для нас более суровую дорогу. – Гофф обвел всех взглядом. – Я скажу, что у нас нет выбора.
Мэри и Дэниел ушли к себе в комнату. Полковники забрали из сарая свои пожитки. Сидя за кухонным столом, они перезарядили пистолеты, потом договорились дежурить по очереди до восхода. Пока один нес дозор у окна, другой пытался прикорнуть у огня.
Во время второй вахты Неда снегопад наконец прекратился. На небе засияла россыпь звезд, вышел яркий полумесяц. Заснеженная поверхность блестела и переливалась, крохотные кристаллы сверкали в свете звезд. Нед соскреб большим пальцем изморозь со стекла. Хорошее начало утра. Для долгого путешествия удобнее твердая поверхность, чем слякоть и грязь. Но даже так поход в сотню миль в его возрасте не выглядел радужной перспективой.
Мэри спустилась в кухню, повесила над очагом котелок с мясной похлебкой, затем пошла в кладовую, чтобы собрать припасы на пару дней.
– Больше нам не понадобится, – сказал ей Дэниел. Он отпер сундучок для хранения денег и извлек несколько снизок белых и розовых раковин – туземную валюту. – Вампума у меня достаточно. Будем покупать еду у индейцев.
Мэри знала, что, если муж решил, спорить с ним не стоит. Он вошел в кладовую, пока она раздраженно упаковывала кусок посыпанной перцем ветчины, обнял ее за талию и прижался щекой к ее щеке. Его борода колола ей кожу. Мэри знала, что утром лицо у нее будет красным, как если бы она только что зашла в дом с мороза.
– Ты ко мне так просто не подберешься, Дэн Гукин.
Но он подобрался, конечно. Как всегда. Мэри отложила ветчину, развернулась и поцеловала его в губы.
Все четверо подкрепились бульоном при свечах. Понимая, что наверху спят дети, говорить старались поменьше. Когда сборы были окончены, в окошко уже лился серый свет.
Гукин пошел в конюшню за лошадью. Когда он вернулся, путники навьючили на нее седельные сумки и свои пожитки, потом перетаптывались неловко в кухне, пока Уилл не предложил помолиться вместе.
– Давайте утешим друг друга словами псалма. – Он воздел руки с раскрытыми ладонями. – «Взойду ли на небо – Ты там; сойду ли в преисподнюю – и там Ты. Возьму ли крылья зари и переселюсь на край моря, – и там рука Твоя поведет меня, и удержит меня десница Твоя»[15]. О Господь, предаем мы себя служению Тебе и вверяем заботе Твоей. Аминь.
– Аминь.
Они встали, и трое мужчин по очереди обняли Мэри: Нед несколько сдержанно и грубовато, Уилл с нежностью, а Дэниел с такой страстью, что у нее перехватило дыхание. Она понимала, что это обещание вернуться.
– Я буду дома через две недели, клянусь, – шепнул он.
Она стояла на пороге и смотрела им вслед. Холодный воздух обжигал легкие так, что больно было вздохнуть полной грудью. Проходя через ворота – Дэниел шел первым, ведя в поводу лошадь, – они обернулись и помахали, Уилл галантно снял шляпу, потом скрылись из виду на дороге, ведущей в деревню.
Фермы Кембриджа стояли объятые сном. На повороте, непосредственно перед домом собраний, путники пересекли замерзший ручей и пошли по тропе вдоль северного берега реки Чарльз. Сапоги их с хрустом проламывали наст и утопали в снегу. Когда они прошли пару миль, над заснеженным горизонтом встало солнце, а час спустя беглецы свернули на юго-запад и зашагали сквозь девственную белизну укутанных снегом полей к далекому лесу.
Комитет Тайного совета по цареубийцам собрался в то утро во дворце Уайтхолл по настоятельной просьбе Нэйлера. Присутствовали все: Хайд в кресле, сэр Уильям Морис, сэр Энтони Эшли-Купер и сэр Артур Эннесли. Советников не слишком радовало, что их оторвали от других дел.
– Итак, мистер Нэйлер, мы перед вами, – сказал Хайд. – В чем дело?
Нэйлер занял обычное место в дальнем конце стола и разложил бумаги. Ступор минувших трех недель сняло как рукой. Он ощущал переполняющую его энергию, опасно переполняющую, – ему это чувство тоже хорошо было знакомо. Он заставил себя говорить спокойно и медленно.
– Милорд, рад вам сообщить, что я установил местонахождение полковника Уолли и полковника Гоффа.
Эта новость вызвала за столом весьма умеренное оживление.
– И где они? – спросил Хайд. – В Англии?
– Нет, сэр Эдвард. Этот след оказался ложным. Они в Америке. Если точнее, то, насколько мне известно, они обитают в поселке Кембридж в Массачусетсе, неподалеку от порта Бостон.
Вид у Хайда стал разочарованный.
– Выходит, они еще не у нас в руках?
– Пока нет, милорд. Но будут.
