Любовь нахлынула как лавина, как ураган, завертела, закружила… и сильно ударила оземь. Впрочем, не любовь сама, но людское коварство и злоба, вызванные жгучей завистью к этой любви, причинили Даффи немало страданий и едва не погубили ее счастье, казавшееся и без того призрачным. Но, твердо веря в себя и в свой выбор, Даффи преодолевает все трудности и находит дорогу к счастью…
Вытирая руки белым вафельным полотенцем — самым верхним из стопки чистого белья, обнаруженной на одной из полок обширной, но загроможденной всякой всячиной кладовки, — Даффи Лаунз обвела взглядом кухню и на ее губах сама собой образовалась едва заметная улыбка, которую любой сторонний наблюдатель без колебаний назвал бы удовлетворенной. И даже с оттенком самодовольства. Однако рядом с Даффи никого не оказалось. Зато повод для удовлетворенности был, к тому же несомненный: кухня блистала чистотой.
Чтобы понять, почему Даффи так радовалась данному обстоятельству, следовало увидеть это помещение таким, каким оно впервые предстало ее взору. Одно то, что глаза Даффи удивленно округлились, когда она перешагнула порог большой и, наверное, удобной, но очень запущенной кухни, свидетельствовало о многом.
— Ну и кавардак… — пробормотала она, оглядывая залитое солнечным светом помещение.
Первым, что бросилось в глаза, было впечатляющее количество всевозможной металлической кухонной утвари. Где только можно — на специальной, потемневшей от времени деревянной стойке, на открытых полках, в шкафах, на вбитых в стены крючках висели, стояли и попросту громоздились разновеликие кастрюли и кастрюльки, сковороды и сковородки, сотейники, лотки, кокотницы, контейнеры, формы для выпечки, сита и медные тазы для варенья.
Все перечисленное создавало впечатление несусветного беспорядка, существующего, наверное, не месяц, не два и даже не три, если судить по состоянию пола. Он был настолько замаран и замусорен, что поначалу Даффи ошиблась, определяя, из какого материала он сделан.
Ну и грязный у них линолеум! — промелькнуло в мозгу Даффи, когда она взглянула себе под ноги.
Однако, присмотревшись, сообразила, что это не виниловая плитка, а уложенный квадратами паркет. Просто он находился в таком плачевном состоянии, что поневоле возникало сожаление по поводу его запущенности. Вероятно, хозяева давно махнули рукой на какой бы то ни было уход за деревянными плашками, по которым ступали их ноги. Скорее всего, когда-то паркет знавал лучшие времена и радовал глаз, но с тех пор многое переменилось, и теперь он пребывал в столь жалком виде, что даже не сразу удавалось определить его суть.
Даффи вообще удивилась подобному выбору владельцев дома, ведь, строго говоря, дерево не лучший материал для кухонного пола. А тем более паркет, который, как известно, требует особого ухода. Его нужно часто натирать и вообще всячески холить и лелеять, только тогда он будет иметь свой истинный вид, оправдывая звание паркета. На кухне же ему беспрестанно грозят брызги — а порой и потоки — воды, капельки жира с раскаленной сковородки, пагубное воздействие моющих средств, чистящих паст и порошков, сок фруктов и овощей, который часто обладает красящим эффектом, и еще много чего в том же духе.
Словом, неподходящее это покрытие для кухни — паркет. Даффи могла бы с ходу назвать несколько гораздо более удобных и выгодных вариантов отделки пола. В первую очередь, разумеется, цельную виниловую пластину, которая накрывает собой всю площадь помещения, а также — еще более подходящий, хотя и дорогостоящий материал — керамическую плитку. Преимущества последней очевидны даже тому, кто слабо разбирается в подобных вещах. Во-первых, керамическое покрытие служит если не вечно, то очень долго. Во-вторых, в настоящее время существует такое разнообразие этого материала, отличающегося по фактуре и цветовой гамме, что любой вкус в конечном итоге может быть удовлетворен.
Кроме того, Даффи нравилась гранитная плитка, но с оговорками. Ведь, как правило, она бывает полированной, что делает ее более пригодной для холлов, вестибюлей и тому подобных помещений. На кухне же зеркальная поверхность доставляет одни лишь неудобства. Как-то Даффи случилось работать в доме, где пол представлял собой поверхность, выложенную гладким белым мрамором, так она называла его про себя катком — настолько скользким он был. Однажды, спеша к сковородке с подгорающими лангетами, Даффи неудачно ступила ногой, которая немедленно поехала вперед по гладкому как лед мрамору. В результате она потеряла равновесие, со всего маху шлепнулась на то место, которое принято называть скромным выражением «пониже спины», и еще добрых полтора ярда катилась по инерции. Завершился неожиданный вояж тем, что Даффи ощутимо ударилась боком о плиту, после чего ее развернуло на сто восемьдесят градусов, лицом к хозяйке, прибежавшей на запах горелого мяса, который к тому времени пополз по всему дому.
