-Госпожа Штайн, я не настолько глуп, чтобы не понять, что Вы меня только что оскорбили - какой сообразительный товарищ.
-Я? Вас? Боже упаси! Но, давайте вернемся к насущной теме, чем я так Вас не устроила, что Вы против меня? - злость клокотала во мне, последнее время она вообще почти не утихает и не удивительно, после всего произошедшего.
-Начать с того, что Вы - женщина? Или, что - неблагородных кровей человек? - точно расист.
-Ладно, тогда я предлагаю Вам убедиться в том, что женщина неблагородных кровей человек, способна оспорить любое Ваше решение в суде - вспоминая, как когда-то дерзко улыбалась эльфийскому императору, повторила я маневр.
-И как же Вы намерены это сделать? - он не принял вызов, и не потому, что испугался, а потому, что не воспринял меня всерьез. Что теперь это уже дело чести, которую я по совету великого классика берегла с молоду.
-Я стану адвокатом. Или, чтобы Вам было понятней, защитником подсудимых. Ваше Величество, Вы же не против маленького предприятия, которое я собираюсь организовать на Ваших землях? - обратилась я уже к королю.
-Что Вы, голубушка, мне будет очень интересно понаблюдать за таким новшеством…”
-Наверное, ты не помнишь… Хотя, я думаю, что все ты отлично помнишь. Ты ведь мне тогда бросила вызов на глазах у судей и короля. А я, дурак, решил, что ты просто хотела привлечь мое внимание к себе. Я не отнесся тогда к тебе серьезно. И глупо меня за это винить. Ты бы и сама к себе серьезно не отнесла, смотри со стороны. Девица неизвестного происхождения из другого мира, узурпировавшая власть темных и передавшая ее светлым, отказавшаяся от брака с эльфийским императором и бежавшая в земли людей.
Словно, ты не была победительницей, а являлась преступницей. Но, больше всего поражало то, что ты улыбалась все время и выглядела легкомысленно. Надо было додуматься явиться на прием к королю в запыленных штанах и какой-то рубашке, которую даже портовая шлюха одеть постеснялась бы. А ты, пришла и заявила во всеуслышание, что собираешься быть судьей.
Только потом, я понял, что ты всегда улыбаешься, просто потому, что не умеешь одевать еще какие-то маски. Позже, ты научилась, но тогда могла изобразить только гримасу безбрежного счастья. Я напрасно не смотрел тогда в твои глаза. Они ведь всегда, даже теперь выражают лишь отвращение по отношению ко мне.
Я не выдержала, он совсем свихнулся, раз выдумал себе такой образ меня? Сдернула с лица шкуру, холод сразу хлестнул по щекам. Ну и ладно, в конце концов я часто ездила к бабушке в гости, а она жила в Сибири, где мороз порой достигал сорока пяти по Цельсию. Не помру.
-Нитрэс, хватит придумывать! Не было такого! Я норм…ммм… - Лэадонис обернулся и метнувшись ко мне, неласково заткнул мой возмущенный вопль, натянув назад шкуру.
-Не смей больше снимать! Хочешь навсегда остаться “рябой”?! Тем более, что сейчас я впервые могу высказать все, что думаю. Просто иди и слушай. Возражать будешь, когда мы найдем ночлег - снова хватая меня за руку и отворачиваясь, ворчал эльф.
Я лишь хмыкнула, но он этого не услышал из-за шкуры. Что ж, если хочет излить душу, не стану больше ему перечить. В конце концов, я его уже не смогу переубедить. Он составил обо мне определенный портрет и любые мои возражения не имеют значения.
-На чем я остановился? Ах, да, на той истории с приемом у короля. Ох, знала бы ты, как я предвкушал нашу следующую встречу. Мне хотелось разделать тебя под орех в суде. И что в итоге? Ты помнишь?
Ну еще бы мне не помнить. Хорошо я тогда повеселилась, от души, я бы сказала…
“-Госпожа Штайн. Кого будете защищать? Пострадавшую девицу? Но я итак, понимаю, что она - не виновна…
-Судья Нитрэс, с чего такие выводы? Я буду защищать господина Треста, которого эта с позволения сказать, девица, обвиняет в непотребствах - скривилась я, глянув на опрятно одетую, но насквозь лживую лицемерку.
-Что я слышу? А Вы не ищете легких путей - в голосе Нитрэса так и проскальзывает насмешка.
-Я ищу только истину. И, уверяю, Вас сегодня истина восторжествует - поднимаю я глаза на судью.
Все же, приятно на него смотреть. Он, как человек с картинки. Чем-то напоминает рафинированных голливудских мальчиков с обложки глянца. Вот только они, как правило, не настолько идеальны, а если и идеальны, то не естественным путем. Нитрэс же, рожден красавцем и наверняка, зная об этом, пользуется своей внешностью, чтобы очаровывать не только женщин, но и мужчин.
-Даже так? Что ж, приступайте, даю Вам слово - какое-то злорадство пробегает по его лицу.
-Благодарю - киваю я и поворачиваюсь к сидящей рядом с судьей якобы “пострадавшей”:
-Расскажите, откуда Вы знаете господина Треста?
-Да кто его, охальника не знает! Он ко всем подавальщицам в таверне пристает! - и по залу пробегает рокот согласных голосов.
-Вы уверены? - хмурюсь я, делая вид, что ее слова приводят меня в замешательство.