Когда конверт упал в ящичек, Елена Андреевна почувствовала удовлетворение. Всё шло по плану. Завтра начнётся расследование, и Максим будет опозорен перед всей семьёй, а уж дальше она постарается, чтобы даже собаки в столице знали, чем промышлял этот человек. Она вернулась в свою комнату, чувствуя себя победительницей.
Теперь её сын сможет занять своё законное место.
Прошло еще пару недель, и за это время жизнь словно завертелась в водовороте светских мероприятий, дел Судебного Бюро и редких, но весьма запоминающихся встреч с людьми, которые по странному стечению обстоятельств не могли оставить меня в покое.
Конечно, без Левински тут не обошлось. Этот усатый прохиндей успел потаскать меня на несколько званых вечеров, и, если честно, я был уверен, что он делает это исключительно из-за скуки и отсутствия компании, которая готова следовать вместе с ним. Как он сам признался, без меня ему было одиноко, но, как только на горизонте появлялась очередная «дама сердца», его «лучший друг» Темников моментально терял свою ценность в глазах молодого аристократа.
Вот и в этот раз. Мы едва прибыли на очередной светский вечер, который обещал быть скучным, как просмотр высыхающей краски, как Левински, тут же нашел себе развлечение. Как только мы зашли в зал, он тут же заметил какую-то блондинку с пышной прической и крайне кокетливым взглядом, которым она неотрывно провожала его. Не успел я опомниться, как мой товарищ по службе уже был рядом с ней, излучая тот самый шарм, который, видимо, делал его столь популярным среди женщин. Я только вздохнул и направился к буфету — если уж быть брошенным, то хотя бы с бокалом чего-нибудь в руке, благо разнообразие напитков поражало воображение.
Хотя, признаться, я ожидал этого. Левински был в некоторых вещах предсказуем, как восход солнца. Вопрос был лишь в том, сколько времени пройдет, прежде чем он найдет себе новую «любовь всей жизни». А что касается меня, то такие мероприятия вызывали у меня скорее скуку, чем удовольствие.
Прихватив один из бокалов, я отошел к одному из окон и, прислонясь к подоконнику, стал наблюдать за толпой. В какой-то момент мои мысли невольно вернулись к Наталье Лисовецкой, которую я так и не увидел после того поэтического вечера, хотя, признаться, хотелось.
Чуть позже я заметил, как Левински, наконец, оторвался от своей новой пассии и направился ко мне. Он был в прекрасном расположении духа, что, впрочем, неудивительно.
— Ну что, Максим! — с улыбкой начал он, хлопнув меня по плечу. — Я смотрю, ты опять один. Как же так? С твоими внешними данными, да таким образом прозябать в одиночестве? Неужели никто не приглянулся? Хотя… Может, тебе стоит отрастить усы? Поверь мне и моему весьма богатому опыту, дамы в восторге от подобного.
Я лишь хмыкнул, отставив бокал. Он даже хвалился этим без стеснения.
— Ярослав, — обратился к нему я, с легкой усмешкой, — у меня уже есть интерес. Не вижу смысла тратить время на кого-то другого.
— О-о, — протянул он с тем самым хитрым прищуром, который я уже не раз видел. — Так значит, все-таки кто-то приглянулся? И кто же эта счастливица?
Я только улыбнулся, не спеша отвечать. Левински был человеком, который любил поболтать, но в этой конкретной ситуации я не собирался раскрывать все карты. В конце концов, пусть он немного помучается догадками.
За это время среди молодых аристократов я стал фигурой достаточно известной. Моя победа на поэтической дуэли со Строговым уже стала легендой, а стихотворение, которое я тогда прочитал, обсуждались в самых разных кругах. Люди подходили ко мне, просили повторить тот момент, когда я «поставил на место» Строгова, а кто-то даже умудрился попросить меня прочитать что-нибудь новое.
— А может, порадуете нас чем-нибудь еще? — услышал я голос одного из молодых людей, который подошел ко мне с бокалом шампанского в руке. — С вашим-то талантом, наверняка, есть что-то в запасе!
— Может быть, однажды, — небрежно бросил я. — Как говорят, творчество нельзя торопить. Настоящие стихи рождаются сами, когда приходят нужные мысли или появляется подходящий для этого момент.
Молодой человек явно был разочарован, но делать было нечего. Я не собирался устраивать здесь поэтический вечер по заказу — сделаешь так раз и от тебя не отстанут, а когда начнешь отказывать, еще и обидятся.
Тем временем Левински продолжал находить себе приключения. За последние недели он умудрился дважды участвовать в дуэлях, и, вот неожиданность, обе дуэли были из-за женщин.
Правда, немагические. Их можно проводить только на специальных аренах, таков закон империи и даже влиятельные аристократы его не хотели нарушать без веской причины. Поэтому он соревновался на пистолетах. Оба раза Левински победил, хотя и слегка ранил своих противников — одного в руку, другого в ногу. Он с гордостью рассказывал мне об этих поединках, хотя я там присутствовал и видел все своими глазами. Оставалось лишь поражаться его способности находить неприятности на ровном месте. И как он только умудряется оставаться живым с таким-то послужным списком?
