— В общем, — выдохнул парень, сдавшись, — слышал немного, да. Но это не то, что вы думаете! Просто я знаю немного о том, о чем вы говорили, и если вы меня отпустите, я все вам расскажу, правда. Но я это случайно узнал.
Я напрягся, понимая, что сейчас он либо скажет что-то полезное, либо будет продолжать тянуть время, надеясь, что мы его отпустим.
— Говори, — приказал я, не повышая голоса, но делая его достаточно твёрдым, чтобы парень понял — шутки закончились.
— Несколько дней назад, — начал Антон, нервно теребя рукав своей одежды, — я видел что-то странное. Я… я проснулся глубокой ночью. Услышал шум у склада. Подумал, что это обычная разгрузка, но когда выглянул, увидел нечто другое.
— Что ты видел? — спросил я, чувствуя, как Левински уже переминался от нетерпения.
Готов поклясться, Ярослав хотел отвесить парню подзатыльник, чтобы тот наконец выложил все как есть. Признаться, я и сам уже об этом подумывал.
— Я видел, как к складу подъехал обоз, — Антон говорил быстро, словно боялся, что его слова могут оборваться, если он замедлится. — Но это был вовсе не обычный обоз. Он был замаскирован под военный, но на самом деле там были гражданские люди.
Я нахмурился. Гражданский обоз под видом военного? Это уже интересно.
— Я… я не хотел лезть не в своё дело, — продолжал он, — но я узнал одного человека среди них. Это был полковник Державин. Его часто приводят в пример всем новичкам как достойного военного человека. Но что он делал там, глубокой ночью, с гражданским обозом? Странно, правда?
Я на мгновение замер. Полковник Державин. Тот самый, что покупал китайскую картину на аукционе. Совпадение? Вряд ли.
— Ты уверен, что это был Державин? — спросил я, стараясь не выдать своего удивления.
— Абсолютно, — торопливо кивнул Антон. — Я видел его портрет столько раз, что за километр различу. Он был там, руководил погрузкой. И они говорили о том, что часть груза нужно доставить к утру в поместье. Я не знал, что это значит, но это казалось важным.
Я и Левински переглянулись. Это было не просто интересно — это была серьёзная зацепка. Если Державин, действительно, замешан в этих махинациях, это может тянуться куда дальше, чем мы думали.
— Ты уверен, что это всё? — спросил я, глядя на Антона. — Ты ничего больше не слышал?
— Нет, это всё, что я знаю, — быстро ответил он, его глаза снова забегали по сторонам. — Я клянусь, я ничего больше не слышал. Но, пожалуйста, не говорите никому, что я вам это рассказал. Если отец узнает, он меня убьёт.
Я усмехнулся. Вот оно, ключевое слово. Отец. Этот парень был готов на всё, лишь бы не потерять благосклонность своего папочки.
Я сделал шаг вперёд, опустив голос до шёпота.
— Антон, — начал я медленно, глядя ему прямо в глаза, — представь, как будет горд твой отец, если узнает, что ты помог раскрыть заговор против Империи. Подумай об этом. Ты сможешь стать героем для него.
Его глаза расширились, и я увидел, как его лицо изменилось. Страх, тщеславие и желание доказать свою значимость боролись в нём. И, как я и ожидал, тщеславие победило.
— А что мне нужно делать? — выдохнул он, сглотнув. — Я помогу вам. Но вы обещаете, что меня не выдадите?
— Обещаем, — кивнул я с лёгкой усмешкой. — Теперь слушай внимательно. Нам нужно будет в какой-то момент покинуть лагерь. Ты же знаешь расположение караульных постов и график смен, верно?
Антон кивнул, его лицо стало напряжённым, но я видел, что он готов играть по нашим правилам. Он боялся, но желание доказать свою значимость было сильнее страха.
— Отлично, — сказал я, выпрямляясь. — Тогда готовься. Это твой шанс показать, что ты не просто сын богатого промышленника. Ты можешь стать чем-то большим.
На следующий день я вернулся к своим обязанностям на складе, но на этот раз я был готов к более активным действиям. Склад оживал с самого утра — прибыл новый транспорт с припасами, и работа закипела. Ящики с боеприпасами, продовольствием и снаряжением заполонили всё пространство, и солдаты сновали туда-сюда, перетаскивая их в хранилища.
Но я уже знал, на что обращать внимание. Я заметил, что часть ящиков, которые должны были отправляться в стандартные хранилища, грузят на другой транспорт — огромную повозку, стоящую в ангаре, напротив склада. Ящики выглядели новыми, и по маркировке было видно, что это боеприпасы и продовольствие, предназначенные для учений. Но они явно не попадали туда, куда должны, и это ни у кого не вызывало вопросов — ведь был отдан четкий приказ грузить именно туда. Солдатам вообще незачем было знать подробности, выходящие за рамки приказа, так ведь проще.
Весь день эти повозки наполнялись до отказа. Я молча помогал в разгрузке, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. С каждым новым ящиком, который уходил на другую повозку, я всё больше убеждался, что мы попали в точку. Кто-то здесь занимался махинациями, и масштаб был гораздо больше, чем я мог предположить.
