— Помочь? Спасти? Сестрёнку? — с изумлением от наглости девушки произнёс Кирилл. — Твоя сестра — твоя проблема. — Выпалил он, развернувшись. — Выметайся отсюда, сейчас же…
— Но Киря, у нас ведь всё было так хорошо, помнишь прошлую ночь? Ты ведь говорил, что я была твоей первой!
— Не Киря, а Кирилл Андреевич. Я всё сказал. У тебя тридцать минут, чтобы собрать вещи. Не успеешь — вызову полицию.
Осознав, что ей никто не поможет, Катя начала собирать вещи, которых и так была всего одна маленькая сумочка. Закончив, она бросила на Кирилла жалобный взгляд, готовый на всё, но парню было всё равно. Выдворив девушку, он закрыл дверь с громким хлопком, будто избавился от надоедливого таракана.
— Здравствуйте, товарищ подполковник! — произнёс я, пробираясь сквозь густую пелену ночной тьмы.
— Здравствуй, Артём, — раздражённо буркнул полицмейстер, угрожающе подняв палец. Странно! Вроде недавно он перешёл на "вы", а теперь опять обращается на "ты", видно у него такой способ психологического давления. —Надеюсь, ты не просто так вытащил меня из постели в два часа ночи!
— Как можно, Вениамин Сергеевич, беспокоить вас по пустякам? Дело срочное! Издевательски изрёк я, в самой что ни на есть саркастичной манере.
— По тебе и не скажешь, — проворчал он, — от тебя алкоголем разит, как от заправского заводчанина. Будь я в ином настроении, уже бы арестовал.
— Что вы сразу так сурово? Я, между прочим, с важным докладом. Помните, я упоминал о крупной рыбке?
Мелкие глазки подполковника оживились, забегав в предвкушении наживы.
— А-а-а, как не помнить! Конечно, помню! — смягчился он. — Извините, Артём, что вспылил. Работа нервная.
— Ничего страшного, понимаю, — согласился я, пожимая плечами, и протянул толстую папку. Вениамин жадно схватил её, открыл первую страницу… и глаза его свернули желанием разорвать меня на части.
— Малолетний идиот! — закричал он, привлекая внимание бомжа, беззаботно развалившегося на лавке неподалёку. — Ты хоть понимаешь, на кого капаешь, недоумок хренов! — вспылил полицейский, потянувшись к моей шее.
Отбив его грубую, волосатую руку, я продолжил излагать суть дела, сохраняя ледяное спокойствие.
— Вениамин Сергеевич, мне кажется, вы не вполне осознаёте положение, в котором оказались. Казимир Аркадьевич — преступник. Это факт: убийство, грабежи, взятки. У меня на него компромата на тридцать лет тюрьмы. А на одной из фотографий, на сорок второй странице моего досье, рядом с ним и начальником отдела надзорной деятельности по округу Долгопрудный, Александром Майоровым, стоите вы. Как я понимаю, Александр с Казимиром договорились о некоторых "послаблениях" в пожарной безопасности, а вы выступали посредником за мзду, верно?
— Как ты смеешь, сопляк! — закричал он, подняв шум на всю улицу. Снова потянулся к моей шее, но на этот раз я встретил его движение жёстким правым кроссом и пригвоздил к стене, затылком вперёд.
— Сукин сын, отвечай на чёртов вопрос! Брал взятку, а? Ублюдок! — произнёс я, плюнув ему в лицо.
— Брал, ну и что? Что ты сделаешь? Ни хера ты не сделаешь, сопля зелёная! — взревел полицмейстер.
— Это я ещё тут зелёный? Андрей! — громко крикнул я, и мужчина, лежавший на лавке, резво вскочил, подойдя к нам. — Всё запечатлел? — спросил я, лукаво улыбнувшись.
— Обижаешь! Всё от корки до корки, да ещё и в шикарном качестве, видно каждый уродливый пиксель этого мешка жира, — ответил он, и в его голосе звучала едкая насмешка.
Услышав подтверждение, я отошёл от полицмейстера, отпустив его.
— Ты действительно думаешь, что это тебе поможет? — вопрошал Вениамин, всё так же громко, но уже менее уверенно. — На видео и ты тоже. Да я про тебя такого расскажу! Если ты об этом кому-нибудь ляпнешь, я тебя за собой за решётку потяну!