В обеденное время Пиковая улица походила на муравейник со множеством узких дорожек, протоптанных лавирующими в толпе жителями столицы. Этот мирок Западной, или Торговой, части большого города был менее официальным, чем Приаллейный проспект. Можно было увидеть кучки подростков и даже сбежавших с занятий адептов в форменных пиджаках и жилетах. Смех, зазывающие крики, отдаленное пение под немного сбивчивые звуки гитары - вверх по улице после нескольких лестниц с кривыми и высокими ступенями из брусчатки, на небольшой площади Художников, которой заканчивалась Пиковая, у фонтана каждый день собирались уличные музыканты, - во все это можно было окунуться с головой.
Я вздохнула, улыбаясь маленькой кудрявой девочке, которая застенчиво смотрела на меня в ответ, держась за длинную мамину юбку, проводила взглядом высокую фигуру мужчины в синем костюме, сурово посматривающего по сторонам, явно в поисках чего-то, и снова поймала себя на том, что шумная столица дарит мне покой и умиротворение.
Вскоре заметила академическую книжную лавку на другой стороне улицы. Она, видимо, открылась совсем недавно, раньше мне не доводилось видеть этой вывески, а ведь поковыряться на полках с книгами было святым делом. В библиотеках, конечно, можно было найти много чего интересного, но и книжными не стоило пренебрегать, сама не раз пользовалась их услугами и заказывала редкие издания энциклопедий и авторских исследований.
Сделала всего пару шагов, кидая взгляды по сторонам, юрко проскальзывая между стайкой молоденьких феечек с разноцветными волосами и полной гномихой, что-то возмущенно ворчавшей на ухо мужчине рядом, как вспомнила про маму. Стукнула себя по лбу и, нахмурившись, быстро вернулась к двери ателье. Распахнула дверь, возвращаясь в душное помещение.
- Я пока буду в книжной лавке через дорогу. Как закончишь, найдешь меня там, - сказала, привлекая к себе внимание покашливанием.
Мама удивленно приподняла брови. Она, видимо, даже и не заметила, что я вышла. Кивнула, не говоря ни слова, и тут же повернулась к швее, что держала в руках толстый каталог. Я с облегченным выдохом снова выпорхнула на улицу и уже через две минуту открывала другую дверь, тяжелую, выполненную в старинном стиле с выпуклой вязью на широкой ручке и разноцветным витражом, словно калейдоскоп.
В помещении книжного царила тишина, приятно пахло лавандовым мылом и немного пылью. Из-за прилавка на меня быстро глянула худая женщина в свитере с высоким воротником, поправила очки в тонкой золотистой оправе и снова опустила взгляд на газету перед собой.
В торговом зале между книжными полками сновал один пожилой мужчина, да молодой парень в твидовом костюме, явно на размер больше, застыл в углу, вчитываюсь в какую-то книгу. На меня никто из них не обратил внимание.
Несколько минут я просто разглядывала полки и два круглых окна почти у самого потолка, в них виднелись плывущие по небу рваные облака, которые гнал осенний ветер.
Что же, в книжный стоило лишь заглянуть, а дальше время делало странный кульбит и вот ты уже стоишь у полок с книгами о кулинарии или астрологическом гадании, или вовсе застреваешь в отделе романтики и поэзии, которой никогда в жизни не интересовался, - в общем, книги быстро могли засосать в свой отдельный мир, отказываясь отпускать тебя в реальность. И, естественно, что когда в очередной раз открылась входная дверь, я не обратила никакого внимания на вошедшего. За время, пока я была в книжном, дверь открывалась и закрывалась, создавая сквозняк, не единожды.
В этот раз правда все было иначе. Вошедший сумел привлечь к себе внимание. Уж тем, что первым делом возвестил о себе недовольными вздохами и обратился к женщине-продавщице за прилавком.
Я спряталась почти у самых дальних стеллажей, присев на корточки и разглядывая нижние полки со старыми изданиями Ботанических Альманахов Северных провинций, когда ушей достиг знакомый голос.
Подняла голову и прислушалась.
- Да, блондинка, высокая и в черном плаще, хотя, должна сказать, голубое ей идет куда больше…
Поняла, что слышу маму. Закатила глаза и поднялась на ноги, попутно все-таки захватив с собой несколько номеров Альманаха. Оглавление показалось мне довольно увлекательным, особенно заинтересовала одна статья про крокусы, уж редко они становились предметом изучений - слишком простые растения, без магических свойств.
Сделала пару шагов, уже видя затылок мамы, как пришлось резко остановиться. У одного из стеллажей, ближе к прилавку и входной двери, стоял профессор Фольцимер. Он медленно повернул голову и внимательно смотрел на мою маму. Ну, конечно, кто же любит, когда в тихом книжном начинают вести светскую беседу, да еще так бестактно и громко. Захотелось юркнуть в сторону и спрятаться, но пришлось гордо распрямить плечи и двинуться дальше. Просто вежливо поздороваюсь с начальством, схвачу маму за руку и мы быстро выйдем из книжного, словно нас тут и не было. В мои планы вмешалась молчаливая женщина за прилавком.