Когда Тоби соизволил покинуть мой кабинет, я выглянул в приемную и отпустил Харлея домой. Секретарь подпрыгнул от моего появления и поспешно поднялся, спрашивая:
- Господин де Фоссе, вы можете уделить мне несколько минут?
- Разумеется, что случилось?
- Давайте пройдем в ваш кабинет.
Мне оставалось только сохранять невозмутимый вид при том, что в голове били в маленький колокол, предупреждая о необратимо надвигающейся катастрофе. Наверное, лишь из-за легкого помутнения рассудка под воздействием возникших чувств к одной конкретной особе, моя хваленая чуйка заснула, но то, что сообщил мне Харли, стало для меня полной неожиданностью.
- Господин де Фоссе, это я во всем виноват.
- В чем? - спросил осторожно, пытаясь найти в каменном выражение лица секретаря нужные ответы.
- В слухах, что появлялись с недавних пор в светской колонке Авьенской Хроники, - пояснил Уэйн все так же невозмутимо, и только пульсирующая на лбу вена свидетельствовала об его внутреннем состоянии.
Минуту я молчал, осознавая сказанное.
- Ты шпионил за нашим департаментом, докладывая новости в Хронику?
Это было исключено, я лично проверял Харлея несколько раз, как и стражи Тайного сыска.
- Что вы, разумеется нет! - в голосе секретаря послышалось легкое возмущение. - Я бы никогда не пошел на подобное.
Тогда поясни свое предыдущее признание.
- Понимаете, господи де Фоссе, с самого начала я был с вами не честен.
Его слова заставили меня нахмуриться. Если бы так все обстояло, я давно поймал бы Харлея на лжи.
- Еще в нашу первую встречу, на собеседование. Мне стоило сразу сказать всю правду.
- Уэйн, ближе к делу. Меня порядком нервируют эти риторические реплики.
- Когда вы проводили мое собеседование, я не рассказал, что узнал о поиске секретаря не через газеты. Невестка моей покойной тетки, сестры матери, до своего замужества работала в Королевском Целительском крыле. Через бывших коллег она узнала о том, что глава Тайного сыска ищет работника, именно так эта информация дошла и до меня.
Харлей говорил быстро, почти не дыша, а я силился разобраться в хитросплетениях родственных уз и расползающихся со скоростью смертоносной огненной сферы слухов во дворце.
- Как бы то ни было, ты прошел собеседование на ура, Харли. Если бы ты не подошел мне, я бы не взял тебя на испытательный срок, и после, не справляйся ты с обязанностями, не задержался бы надолго. Но, как сам понимаешь, все иначе. Так почему же сейчас ты вспомнил об этом?
- Я решил быть с вами полностью честен, господи де Фоссе, потому что это еще не все.
- Демоны, мне уже страшно, - я улыбнулся одними уголками губ, не сдержав удивленного смешка. Харлей же оставался серьезным, строго сдвинув брови, словно я посмеялся именно над ним. Пришлось вновь принимать крайне недовольный вид, дабы соответствовать облику грозного главы Тайного сыска.
- Я художник, - выпалил Уэйн.
В кабинете повисло молчание. Продолжения от секретаря я так и не дождался, так что пришлось поддаться вперед, качнув головой:
- И?
- Я совмещаю. Работу в Тайном сыске и в Объедение свободных художников.
- Вот как, - я кашлянул, приводя мысли в порядок, - думал, что ты просто любитель живописи. Как оказалось, ты еще и сам пишешь. Что ж, это интересно.
- Господин де Фоссе, вы знали? - впервые за наш крайне странный разговор в голосе Харли послышались эмоции, далекие от нейтрального, холодного тона.
- Что ты частый гость в Объединении художников? Такую информацию я получал, - уклончиво ответил, не называя слежку своим именем, но Уэйн работал на меня давно и ему не требовалось других слов. Своих сотрудников я, действительно, хорошо проверял, но не лез в их частную жизнь, узнавая столько, сколько необходимо.
- То, что ты художник - для меня эта новость, не скажу, хорошая или плохая, скорее - это просто факт. Замечу, однако, что ты прекрасно справлялся с должностью секретаря. Не вижу никаких проблем в твоей художественной деятельности, пока это не мешает службе у меня в департаменте. Не пойму только, каким образом все это связано с Хроникой?
Харли некоторое время молчал, опустив взгляд, что было редкостью для него.
- В Объединение часто бывают газетчики.
- Понимаю.
- Обычно туда заглядывают редакторы колонок об искусстве и культуре. Но однажды я познакомился там с одним из репортеров Хроники. На меня своеобразно действует алкоголь, - на последних словах Уэйн весь покраснел, так что я уже заранее знал, что он хочет сказать, - и я был крайне не осмотрителен, рассказав о своей службе в королевском департаменте. Думал ли я, что он использует это против меня? Нет, господин де Фоссе, не предполагал, но именно так и случилось. Мы сблизились, и я не заметил, как стал порой делиться некоторыми деталями, связанными с моей работой. Но до недавних пор я не считал новости в Авьенской Хроники недостойными или порочащими чье-то имя. Понимаете, я считаю, что каждый может изъявлять свою волю, как ему угодно, пока это находится в рамках закона и не причиняет никому вреда.