— Когда из рейса вернется «Жемчужина» — я выкуплю все, что заложил. А этот ситец даст мне возможность наладить дела. Я немного приплатил одному из портовых чиновников. Он мелкая сошка, но первый узнаёт, что и почем привезли. И он даст мне знать, когда придет нужный груз. Риска почти нет — ситец сейчас в цене, а груз я перепродам почти целиком. Покупатель уже есть. Успокойся, мать!
С тех пор, как жена родила ему сына, наследника и умницу, ему нравилось называть ее не по имени, а вот так вот коротко и весомо — мать. Конечно, тинк любил и двух младших дочерей. С рождением последней, Нилли, три года назад, он сдался на просьбы жены, осел на берегу и доверил свой корабль другому. И даже не мог пожаловаться на свою судьбу — семья была для него всем.
А дела… Ну что ж, он наладит свои дела даже если с кораблем случилась беда. Главное — не упустить время!
Эльга вздохнула. Мужа она любила, а моря боялась. Хорошо хоть, что Марус сам перестал ходить капитаном на «Жемчужине» и осел дома. Но и жизнь купца полна неожиданностей. Помоги, ему, всемогущий Арс и добронравная Афита!
В кабинет без стука влетел белобрысый худенький мальчишка лет двенадцати.
— Папа! Папа… — он с разбегу ткнулся отцу в плечо и заглянул в глаза: — Я все выучил, и тинк Крунг сказал, что я молодец!
Вслед за мальчишкой, вежливо постучав в косяк распахнутой двери, вошел худощавый старик, одетый не слишком богато, но аккуратно и чисто. Даже белая рубаха была свежей, а маленькая штопка на жабо — почти незаметной. Кружева у горла прихвачены небольшой брошкой в виде морской звезды. День был жаркий, но старик, похоже, зяб всегда — поверх рубахи была накинут тонкий шерстяной колет. Он поклонился хозяевам и с улыбкой подтвердил:
— Все так и есть, тинк Марус. Сегодня юный тинк был на редкость прилежен. Если бы он всегда так старался, я был бы спокоен.
Старик замолчал, и наступила несколько неловкая пауза. Наконец, тинк Крунг кашлянул и сказал:
— Тинк Марус, день оплаты был еще позавчера… Очевидно, вы просто запамятовали…
Купец поморщился, как от зубной боли, но очень спокойно ответил:
— Почтенный тинк Крунг, я всегда был достаточно аккуратен в платежах, вы знаете это… Увы, сейчас я вынужден вас попросить об отсрочке. — он встал с кресла и, подойдя к старику, заглянул в глаза. — Я не собираюсь злоупотреблять вашей любезностью, почтенный… Но прошу вас подождать еще седмицу. Возможно, я смогу выплатить вам и раньше…
Старик согласно покивал головой и, попрощавшись с хозяевами, вышел — его ждали в следующем доме. Он был сильно расстроен — морская торговля не самое надежное дело, ему ли не знать! Совсем не факт, что купец поправит свои дела. Жаль будет, если он не сможет больше оплачивать уроки — юный Кронус весьма одарен природой. Да и в доме этой семьи к нему всегда относились с почтением. Очень жаль, если Маас, богиня здоровья и удачи, отвернулась от тинка Маруса!
А наследник, даже не обратив внимания на разговор учителя и отца, беспокоился о своем:
— Пап, ты обещал!
Марус улыбнулся сыну:
— Если папа обещает, он…
— Всегда выполняет! — договорил сын с улыбкой и даже некоторым восторгом. — Мама, папа возьмет меня с собой!
— Возьмет, раз так сказал. — подтвердила Эльга. — Но не уходи сейчас в сад — скоро обед, — строго добавила она. Кивнула мужу, поднялась и со словами: — Я велю Мейсе накрывать на стол, — вышла.
— Ты должен обещать мне, Крон, что будешь хорошо себя вести и не станешь мешать моим разговорам, — Отец притворно строго глянул на счастливого мальчишку.
— Обещаю, папа! Честно-пречестно-пречестно обещаю! — его нос, слегка сбрызнутый веснушками, чуть сморщился и он звонко чихнул. — Вот! Видишь! Сама Маас подтверждает мои слова! — важно добавил сын.
Тинк Марус смотрел на наследника и твердо знал: он сделает все, чтобы семья не знала нужды.
В первый выходной после моей беседы с госпожой Пасан в город мы так и не выбрались — Олла мягко, но настойчиво утащила нас в лес.
— Что вы, деточки, веснянки еще три, ну, много ещё дней пять будут, а уж в следующие выходные и сходите, куда вам там надо.
Она так уговаривала, что мы с Оскаром решили не сопротивляться. Грибы, о которых с таким восторгом говорила Олла, стоили в городе достаточно прилично, так что я вполне могла понять ее заботу.
Больше всего по виду они напоминали сыроежки, но вот пахли совершенно не так. Думаю, в похлебке будут хороши на вкус. Оставив маленькую горсточку на столе, Олла унесла приличных размеров корзину в город на продажу. Она была страшно довольна добычей и даже пообещала Оскару купить кусочек сала:
— Копченого, как ты любишь, сынок.
Когда она ушла, Оскар заговорил первым:
— Ты не сердишься, что мы день пропустили?
— Да бог с ним, — отмахнулась я. — Без тебя я все равно бы не пошла, а так от меня хоть какой-то толк есть.
