Тедди подлетела ближе. Коснуться Димки она не пыталась – это же был почти сон, и она в нем бестелесный призрак. Она уже проверила это, пролетая несколько раз через стены. А вот Голос… Он виделся светящимся шариком, которого можно было бы коснуться.
И Тедди осторожно протянула руку сквозь плотный мышиный мех, сквозь шею к застрявшему в горле Голосу. Она смогла коснуться его и от радости и неожиданности едва не дернула руку на себя вместе с Голосом. К счастью, удержалась и лишь осторожно сжала упругий теплый шарик. Странно, но ее собственный Голос ощущался как комок огня, а тот, что достался Димке, был еле теплый.
Тедди попыталась согреть шарик теплом ладони, словно это было важно. Она очень сильно захотела, чтобы Голос Димки работал как следует!
Димка вдруг сильно закашлялся.
– Тише! – испугалась Матильда. – Вдруг услышат! Я не хочу сжигать деревню.
Димка икнул и кашлянул еще раз, выплевывая сгусток пламени.
Они оба уставились на прожженное пятно на столе.
– Вообще-то ты дракон немного другого плана, – слабым голосом произнесла Матильда. – И дышать огнем не должен.
– Я и не дышу огнем, – просипел Димка, хватаясь за горло. – Это что-то с моим Голосом! Похоже, он просыпается.
Тедди не стала ждать, когда они успокоятся. Продолжая сжимать в ладони Голос, она произнесла:
– Тинатин находится в этом времени. В лесу. Сейчас должна пойти в сторону Перехода в наш мир. Она совсем одна, найдите ее.
– Тинатин в этом времени, – послушно повторил Димка и вскрикнул. – Что? В этом времени? Она же совсем одна!
Матильда завертела головой.
– Тедди? – неуверенно спросила она.
– Это она, мам. – Димка вскочил. – Мы не можем ждать ночи, надо найти Тину раньше, чем ее найдут люди!
– Но люди… – начала Матильда, потом усмехнулась и тряхнула кудряшками.
Забытая каша осталась на столе.
Тедди уже уносило из этого времени, но она успела увидеть, как во дворе Василия выросла огромная драконья туша, хвост залез в соседний огород, вызвав недовольные вопли какой-то тетки. Дракон даже не повернулся, лишь дождался, когда мышь быстро вскарабкается по его чешуе, а потом распахнул крылья, и…
Крылья над Тедди, еще крылья и снова. Она была на том же самом месте, но деревни здесь снова не было. Проход в мышиный мир слабо светился, словно из него повыдергали половину ниточек. Он еще был, но пройти через него никто бы не сумел.
Тедди поднялась с земли и завертела головой, пытаясь понять, что тут происходит. Она боялась, что отсутствие мышиной магии тотчас обратит летунов в немых насекомоподобных воронов, и с облегчением обнаружила, что это не так.
Летуны по-прежнему выглядели как самые разные птицы, но вели себя как-то странно. Тедди не сразу поняла, что ее смутило, и лишь когда поблизости от нее приземлился Сол, догадалась, что не так. И дело даже не в том, что глаза летунов были… птичьи. Отблеск разума еще виделся в них, да вдалеке совершенно отчетливо ругалась Кора, но что-то изменилось. Клюв Сола был в чем-то красно-буром, и чистить он его начал совершенно по-птичьи, постоянно оглядываясь по сторонам и щуря крупные глаза, словно солнечный свет ему был неприятен.
– Не знаю, кого ты сожрал, приятель, но надеюсь, что не кого-то разумного, – пробормотала Тедди, неуютно чувствующая себя в этом времени и понадеявшаяся, что звук собственного голоса ее немного успокоит.
Сол навострил пернатые ушки и развернул голову на девяносто градусов. И Тедди закрыла рот ладонью, не решаясь заговорить с ним, как с Димкой или Тиной. Такой Сол ее пугал.
Раздался шорох, и они оба повернулись на звук. Этого летуна Тедди раньше не видела. Он тоже был из совиных и, судя по ушкам, тоже филин, но совсем другой. Чуть более острые черты физиономии делали его каким-то неприятным и словно подмокшим. Какой-то родственник Сола или кто-то другой? Тедди не знала. Но только этот летун, увидев Сола, радостно заклекотал и бросился к принцу.
Сол взъерошился, пытаясь выглядеть больше, но не очень преуспел в этом. И незваный летун с мерзким хихиканьем вонзил острый клюв в крыло Сола.
Сол не отступал, но он пытался разодрать когтями противную морду нападающего и совсем не преуспел в этом, тогда как тот снова ударил клювом, отчего по светло-рябому оперению потекла кровь.
– Не смей! – Тедди, забывшись, попыталась оттащить нападавшего прочь, но ее руки проходили сквозь перья. – Остановись!
Ее не слышали.
– Никто не удивится, что ты погиб, никчемный мальчишка, – вдруг забормотал нападавший, принимаясь теперь работать когтями и хлопать крыльями. И Тедди поняла, что этот летун женского пола! Стоило и догадаться по противной морде, напомнившей Тедди одну старуху в их дворе. – Дара давно должна была тебя убить. А сейчас никто не помешает. И тогда наш род поднимется рядом с Многоликим!
– Тетя Кетупа! – крикнул Сол, с трудом вырывая из лап нападавшей свое израненное крыло. – Да как вы посмели!
– Рыбку ловить ловкость нужна и сила, не то что яблочки трескать, – снова мерзко захихикала Кетупа. – Сейчас наконец все встанет на свои места, сильные пожрут слабых, и наступит… наступит…
