Он успел сфотографировать каждого, пока они разговаривали. Тощий закурил, Садыков недовольно разогнал ладонью дым и пожал руки приятелям. Шагнув на ступеньку вниз, он рассеянным взглядом обвел стоянку. Стекла у арендованной машины были не тонированные, прятаться Бабкину было негде, так что он притворился дремлющим. Скромный «Рено», который в уличном потоке был незаметен, как мышь среди собратьев, на парковке выглядел бедным родственником.
Следуя за Садыковым по проспекту, Бабкин пытался угадать, куда он едет. Не выбрал путь домой, проехал поворот к любовнице…
Белая «Тойота» свернула в переулок. Многоэтажки, высокие и безликие идолы нового города, сменились хрущевками. Плескались листья, раскачивалось белье на ветру, монотонно громыхал трамвай на параллельной улице, и в этом было столько уюта, что на секунду Бабкин забыл, куда и зачем он едет.
Но тут у машины Садыкова замигал поворотник.
«Куда же ты, голубчик? Или у тебя здесь еще одна подружка?»
Сергей проехал мимо «Тойоты», и сердце у него забилось чаще. На первом этаже дома он заметил неброскую вывеску «Ломбард».
Он резко затормозил – сзади возмущенно засигналили – и вильнул к бордюру. Черт, черт!
Беззвучно завибрировал телефон. Макар!
– Садыков возле комиссионки, – торопливо проговорил Бабкин, не отрывая взгляда от «Тойоты».
Илюшин соображал быстро.
– Сволочь! – в сердцах сказал он. – Уже идет к ней?
– Нет, торчит в машине.
– И у него с собой спортивная сумка.
– Ну еще бы! – с горечью сказал Сергей. – Он же, падла, как раз из клуба.
– Люди вокруг есть?
Бабкин огляделся. Улица тихая, но мимо время от времени проезжают машины, да и на балконах наверняка сидят старички, выползшие погреться. Он прекрасно понимал, о чем в действительности спрашивает его Илюшин. Возможно, они оказались правы в своем нелепом предположении. Садыков, похитив диадемы, не придумал ничего лучше, чем оставить их в клубе. В комиссионке его ждет «барахольщик» – скупщик краденого, от которого диадемы уйдут уже совсем в другие руки. Уплывут сверкающими золотыми рыбками с бриллиантовой чешуей.
Если так, Садыков выйдет из машины с сумкой. Их единственный шанс вернуть украденное клиенту – вырвать ее и сбежать.
– Грабителя из меня лепишь, – вздохнул Сергей. – Под монастырь подводишь, начальник.
– Так что с народом?
– Встречаются экземпляры… единичные…
– Тогда сиди, не дергайся.
Бабкин хмыкнул. Макар верно истолковал этот звук как намерение перейти к активным действиям.
– Слышь, дружище, не дури, – попросил он. – Ну не повезло в этот раз. Бывает. Ты с самого начала говорил, что дело провальное. Я ошибся.
– Что ж он, сука, затаился… – пробормотал Сергей.
– Засветишь номер тачки, тебя мигом отыщут. Все, отбой, черт с этими диадемами.
– Ну как же черт. Там сапфиры. Бриллианты! Эти… черные… как их…
– Серега, я сказал – отбой.
В голосе Макара зазвучал металл.
– Выходит! – встрепенулся Бабкин.
– Сиди на месте!
Садыков потянулся, покрутил головой, разминая шею. И двинулся к ломбарду.
– Не вздумай рвать сумку! – отчеканил Илюшин.
– Да нет у него никакой сумки, – усмехнулся Сергей.
– Нет?
– Не-а. Пустой идет. И руки на виду.
– А рюкзак? Борсетка? Портфель?
– Авоська? Кошелка? Саквояж? – передразнил Бабкин. – Макар, расслабься. Он отсюда как на ладони. Диадем у него точно при себе нет.
– Славно! – совсем другим тоном сказал Илюшин. – Сбрось мне пока адрес этого ломбарда. Попробую узнать, кто там сидит. Ты его случайно через окна не видишь?
– Нет, они в рекламных щитах. Зайти внутрь? Рожу светить не хочется.
– И не надо. Жди снаружи, потом аккуратно веди его дальше. И Серега!
– Чего? – спросил Бабкин, наблюдая за входом в магазин.
– Ключевое слово – аккуратно.
Дожидаться Тимура Садыкова пришлось около получаса. За это время в ломбард не зашел ни один посетитель. Бабкину очень хотелось выбраться из машины, слишком маленькой для его габаритов, но он опасался, что Садыков выйдет именно в этот момент.
Нетерпеливый Илюшин позвонил снова.
– Что у тебя там?
– Тачка мне жмет, – мрачно сообщил Бабкин.
– Тесная?
– Как водолазный костюм.
– А мне, знаешь, просторно, – мечтательно протянул Илюшин. – Столько места! Есть куда ноги вытянуть.
– Угораздил же черт связаться с мелкой пакостью, – с тоской сказал Сергей.
Макар в ответ укоризненно заметил, что очень некрасиво с его стороны так говорить о своей жене, и нажал отбой, пока Бабкин не начал рычать.
– Ну где ты там? – проворчал Сергей, адресуясь Садыкову.
Он представил, как внутри Тимур договаривается о продаже диадем. «У меня тут две одинаковые штуковины… Не спрашивайте!» Хорошо бы взглянуть на эти диадемы. Интересно, определил бы он, где произведение ювелирного искусства, а где подделка?
За дверью мелькнул силуэт.
– Договорились что ли? – пробормотал Бабкин.
Садыков вышел, беззаботно крутя на пальце ключи от машины.
– Куда теперь, голубь ты наш?
Голубь поехал домой. Сергей проводил его до знакомого двора, убедился, что Садыков вошел в подъезд, и с облегчением выбрался наружу.
«Господи, как будто снял обувь, которая мала на размер!»
