Однако могло быть и так, что Юрий решил отогнать вторую машину в служебный гараж. После смерти отца служебный транспорт надлежало вернуть. Но по дороге что-то пошло не так.
– Возможно, на него напали. Потерпевший мог посадить в машину злоумышленника, который в безлюдном месте бросился на него, оглушил, отнял одежду и выкинул на снег, посчитав мертвым.
– Так что? Съездить на место службы?
– Обязательно. Поговори с людьми, расспроси. Может быть, кто-нибудь вспомнит, что погибшим угрожали. Или что у погибших были конфликты с кем-нибудь. Словом, не мне тебя учить, ищи любую зацепку.
– Хорошо.
– И расспроси о некой Танюше, с которой у покойных были особые отношения.
Дальше Торопов распорядился найти исчезнувший «Форд», в котором могли остаться улики.
– Вряд ли преступник раскатывает на угнанной машине. Скорее всего, бросил «Форд» где-нибудь по пути в город или уже в городе. Надо искать.
Сотрудники забегали. А сам следователь понял, что должен позвонить главной подозреваемой. В этом деле у него имелась пока только одна крепкая подозреваемая, она же по стечению обстоятельств и главная свидетельница.
Белла, жена погибшего и невестка убитых, вызывала у Торопова смешанные чувства. С одной стороны, ему было жаль женщину, которая явно натерпелась всякого и от властного свекра, и от деспотичной свекрови, и от безвольного мужа. С другой стороны, личные чувства не имели на его службе никакого значения. Если Белла виновна в трех убийствах, она должна за них ответить. И никакие оправдания не помогут ей избежать тюрьмы.
Не подозревая о черных тучах, которые сгущались над ее головой, Белла спокойно провела уроки. Анжелине у них в школе очень понравилось. Белла упросила учительницу начальных классов взять девочку к себе на урок в 1-й «А». После окончания занятий та дала новой ученице самую лестную характеристику.
– Усидчивая. Работоспособная. Умненькая. Она сказала, что ей всего пять.
– Так и есть.
– Но она уже неплохо читает, оперирует суммами до двадцати и умеет писать. Правда, пишет только латинскими буквами, кириллицу не знает. Но все равно не все мои первоклашки умеют так хорошо считать и писать. Сказала, что научилась всему сама, родители с ней не занимались. В школе они в основном рисовали картинки и играли на компьютере.
– Интересно было бы узнать методику, по которой учили ребенка.
– Девочка же вам сказала, что училась самостоятельно. Вряд ли речь идет о какой-то особой методике.
Но учительница считала, что Анжелина привирает. Возмущенная Белла спросила у племянницы:
– Деточка, скажи, кто тебя учил?
– Джеки.
– Кто?
– Джеки, – повторила девочка. – Он мне называл сначала буквы, потом цифры, а я запоминала. Потом он стал давать мне задания: сложить, вычесть. Жаль, что говорит он только по-английски. Сначала мне не все было понятно, но потом я научилась его понимать.
– И кто он, этот Джеки?
– Просто Джеки. Он живет у мамы в планшете.
– Видите, все-таки работала какая-то обучающая программа, – торжествующе произнесла учительница.
Белла не стала с ней спорить, забрала племянницу, и вдвоем они поехали за Амелией и Герасимом. От родителей Анжелины по-прежнему не было вестей, и Беллу это стало уже порядком раздражать. Позвонить Лизон она не могла, та не оставила ей номер. А телефон мужа, у которого Белла могла бы спросить номер снохи, был весь день выключен. И это тоже порядком злило Беллу. За неимением лучшего она привезла детей на Лиговку. Подходя к дому, услышала знакомый голос:
– Обзавелись еще одной малышкой?
Оглянувшись, Белла увидела Торопова.
– Откуда у вас еще один ребенок?
– Анжелина – дочка Лизон.
– Ах, вот в чем дело. А почему вдруг девочка с вами?
Белла объяснила. И следователь попросил у нее прощения.
– Столько всего навалилось в последнее время. Увидел вас с еще одним ребенком, вот и подумал…
– Что вы подумали?
– Черт знает что подумал. Забудьте.
Но Белла потребовала. И тогда, краснея, Торопов признался, что на мгновение, на одно крошечное мгновение ему подумалось, что Белла девочку украла.
Этого оказалось достаточно, чтобы Белла вознегодовала:
– За кого вы меня принимаете? По-вашему, я воровка? Похитительница детей? Может быть, еще и в убийцы меня запишите?
Лицо следователя в этот момент приняло такое выражение, что Белла невольно ахнула:
– Вы что? Вы меня подозреваете? Всерьез? И кого же я убила? Свекра? Свекровь? Или сразу обоих?
Торопов мялся и выглядел смущенным.
– Это версия вашей снохи.
– Лизон обвиняет меня в убийстве свекра и свекрови?
– Она сказала, что у вас с ними были напряженные отношения. По ее словам, других подозреваемых на роль преступника у нее нет.
Белла слушала и понимала, что Торопов неспроста явился сюда к ней.
– Вы пришли, чтобы арестовать меня?
– Нет, что вы. Пока такой необходимости нет.
– Пока?
