— Да разными. Вернулся я только в тысяча девятьсот восемьдесят пятом, и оказалось, что у папы все еще жива моя закваска. Он все это время о ней заботился, — Бескьюл рассмеялся. — Ставил ей «Грейтфул Дэд»!
Так, значит, это благодаря отцу-фанату на корочке его хлеба проявилась хипповская спираль-завиток.
— Я до сих пор ставлю ей их каждый вечер. Пиратские диски.
Но как? Но почему?
— Вот моя теория, выработанная за годы самообмана. Эта закваска использует музыку как способ… синхронизации. Она помогает дрожжам, или чему там еще, делать правильные вещи в правильное время. Но будьте осторожны.
В смысле, осторожна?
Бескьюл сухо рассмеялся.
— Я пробовал и другую музыку, так, ради эксперимента. Знаете, эту классическую мелодию — «Полет шмеля»? — он просвистел первые стремительные такты. — Я оставил ее одну минут на пятнадцать, не больше. А когда вернулся, она вылезла из контейнера. Она была повсюду!
Он сурово оглядел меня.
— Вы что-то такое наблюдали?
Я призналась, что нет. Закваска с Клемент-стрит была паинькой.
— В общем, будьте осторожны. Музыка правда важна. После того случая я думал, что все-таки заморил ее. Она несколько недель еле-еле булькала. Теперь ставлю ей только «Грейтфул Дэд», от них ей хорошо.
Я проследовала пальцем за изгибами спирали, держа руку над буханкой.
— Вам не кажется, что это… офигенно странно?
Он пожал плечами.
— Я кое-что почитал. Как это все работает — это просто невероятно. Вы наверняка слышали про бактерий у нас в кишках, что они как второй мозг. В одной лаборатории — это недавнее исследование — ученые подключили дрожжи к Интернету. И можно залогиниться и изменить их ДНК.
Звучало это дико.
— Я имею в виду, в мире есть куча более странных вещей. Если хотите в этом убедиться, просто возвращайтесь сюда осенью и посмотрите на виноград.
— На тот, что с плесенью?
— Вы когда-нибудь слышали о виноградных клонах? Нет? Ну ладно. Приходите осенью.
Перед тем, как уйти, я задала ему последний вопрос.
— Кто она была? Эта женщина, которая дала вам закваску?
Он покачал головой.
— У нее было очень странное имя. Но красивое.
По пути обратно я остановилась у бунвилльского отеля. Я прошла по сумеречному холлу в маленький пустой бар, и когда появился бармен, он же распорядитель отеля, я заказала бокал гевюрцтраминера «Трейдкрафт».
Через открытую дверь я видела, как на кухне работают люди, готовят ужин. Я представляла, как сюда впишется робот из «Дженерал Декстерити» (обученный готовке!). Уничтожит ли это местную кухню или, наоборот, улучшит? Я не знала.
Я медленно потягивала вино, обдумывая задачу с яйцами.
Я думала, какую еще музыку могу поставить закваске. Существует ли альбом или песня, после которой корочка будет выглядеть просто… обычной?
Распорядитель (бармен?) вернулся и спросил, буду ли я ужинать. Я спросила, что у них на ужин, и он ответил: жареная курица и салат панцанелла с садовыми помидорами и крутонами из домашнего хлеба.
Я сказала ему, что мне надо возвращаться в офис.
Задача с яйцами
В последний год в колледже по настоянию преподавательницы, которая занималась историей сборочного конвейера, я решила сделать свой собственный проект: выяснить, когда в промышленном производстве впервые использовали компьютер. Целый семестр я копалась в библиотеках Ист-Лансинга и Анн-Арбора, нарыла несколько очень ранних упоминаний о компьютерах, но не сумела убедить ни Эвелин Симмонс, ни саму себя в том, что выполнила поставленную задачу. Тем не менее она поставила мне четыре и сказала, что я овладела важными навыками.
И вот сейчас эти навыки должны были мне пригодиться.
Я намеревалась решить задачу с яйцами!