Женщина провела гостей в большую комнату со свежей штукатуркой, очагом и двумя кроватями. Повсюду лежали нарядные половички. Окна украшали полосатые занавески. Они скрывали кованые решетки. Определенно, здесь любили постояльцев, старались создать уют и поддерживали порядок.
– Ваша комната. Лошадь распрячь, есть дать. Вы не беспокоиться. – Тальмарийский давался селянке с трудом, но нужные фразы она знала. – Вы есть потом. Я позвать. Потом. Мыться в бочке после есть. Я нагреть воды. Хорошо?
Гости покивали головами, и крестьянка ушла готовить ужин.
– Ого! – воскликнул сэр Даргул. – Посмотри-ка. Да нас прям-таки защищают.
Он указал на гирлянды из того же овоща над дверью и кроватями.
– Похоже, тут все серьезно с обороной! – улыбнулся в ответ Тэдгар.
– Интересно, до этих мест дошли только слухи или сами вампиры? – рассуждал вслух Угрехват. – Если второе, они постепенно доберутся и до наших краев.
– Особенно если учесть их способность порождать себе подобных, – согласился парень.
Через некоторое время хозяйка позвала за стол. Женщина с постояльцами отужинать отказалась, господину Мортимеру стоило больших усилий посадить ее рядом. Старый некромант не любил малограмотных людей и видел в них лишь обслугу. Но теперь знаток тайных искусств попытался завязать беседу. Ничто не привлекает человека так, как разговор о нем самом, – прежде чем перейти к цели, чародей сделал несколько заходов вокруг да около. Он узнал, что селянку зовут Хайника. У нее трое детей, два мальчика и девочка. Живут они в основном тем, что дают кров купцам, которые пересекают горы. Неподалеку находится удобный перевал, его могут преодолеть лошади с повозками. Но на несколько десятков миль как к югу, так и к северу горы почти неприступны. Сегодня день не задался, никто не соблаговолил остановиться. Муж уехал на заработки в город. Вернется только весной, к началу пахоты.
Тэдгар из Гуртсберри сидел смирно, ел тушеные овощи с солониной и подливал понемногу красного домашнего вина. Пару раз старался из вежливости изобразить участие и вставить пару фраз. Но выходило неудачно, а потому юноша окончательно замолчал и превратился в слушателя.
Когда у хозяйки развязался язык, опытный некромант решил направить разговор в нужное русло:
– Скажите, сударыня, а почему у вас над каждой дверью и каждым окном висят гирлянды из чеснока?
Женщина замялась. То ли испугалась чего, то ли застыдилась суеверий. Должно быть, уважаемый читатель знает, в глубинке не принято говорить и даже думать о нежити, духах, драконах, гоблинах и умерших предках. Считается, что, если кто упомянет такого персонажа, может накликать беду, а субъект обсуждения не преминет явиться к болтливому глупцу в ближайшее время.
– Я так сушить. Делать сухо. Он был мокрый, – ответила хозяйка.
Даргулу отступать было уже некуда.
Обходной маневр с треском провалился, оставалось пойти в лобовую атаку:
– А я слышал, точь-в-точь такие связки применяют для защиты от вампиров. Быть может, вы их опасаетесь?
– Кто? Упырь? – внезапно рассмеялась Хайника. – Тут нет вампир, никогда не был. – И боязливо взглянула в окно.
– А для чего чеснок развесили? – не отпускал Угрехват.
Тэдгар сумел заметить мелькнувшую в глазах мастера вспышку магии.
– Три года назад, – сказала хозяйка и потупила взор, – купец приехал из Кронбург. Далеко. Залесье. Хотеть остановиться. Ходит по дому и говорит: «Нет никакая защита от вампир. Не будет защита, уйду. Не тут остановиться». Я – в амбар, смотреть мешок, все мешок. Взяла чеснок весь-весь. Приносить. В комнату положить, везде. Купец остаться, хорошо платить. Я все обратно в мешок, в амбар. Потом приехать второй купец из Кронбург. Снова про чеснок говорит. Научил цепочка делать. Сказал решетки на окна. Наш купец, Гунхария купец, чеснок не просить. Не надо. А купец из Залесье всегда просить. Еще пшено перед дверь сыпать просить. И перед окно, все. Мой дом всем из Кронбург нравится. Здесь хотят ночь проводить. Защита от вампир.
– А на самом деле были тут вампиры когда-нибудь? – поинтересовался сэр Даргул.
– Нет, сударь, нет. Вампир-упырь в Залесье, там! – Селянка замахала руками в сторону гор. – В Венедах. В лес. У нас нет, никогда не был.
– И никто не видел?
– Нет, я спрашивать. Хюмер не видел, Ибойка не видел, мельник Иллеш не видел, кузнец Цинтуш тоже не видел. Никто не видел.
Старый некромант допил остатки вина и разочарованно проронил:
– Ладно, спасибо тебе, Хайника. Завтра трудный день. Выезжаем на рассвете. Подготовь нам завтрак и вели сытно накормить лошадей. А теперь нам с компаньоном нужно помыться.
– Да, да, – закивала хозяйка.
Пока шагали по коридору, помощник спросил мастера:
– Ну что, не вышло ничего узнать? – В голосе слышалось сочувствие.
