— Я здесь, чтобы вытащить твою жалкую задницу из этого беспорядка, — рычу я, подходя ближе. — Ты уклонялся от своих обязанностей больше недели. А теперь это? — Я показываю на Олега, который все еще держит видео на своем телефоне. — Ты подвергаешь нашу семью опасности, Серж.
Он закатывает глаза, откидываясь назад в кабинке, как будто ему все равно. — Да ладно. Это не так уж и серьезно. С парнем все в порядке. Просто небольшая царапина.
Я прищуриваюсь, хватаю его за руку и поднимаю на ноги. — Это ты называешь царапиной? Ты делаешь все публичным. Мы так не работаем. Мы ведем свои дела тихо, за закрытыми дверями.
Серж пытается вырвать руку, но я крепче сжимаю ее, таща его из кабинки в сторону клуба, где тише. Девчонки, с которыми он был, смотрят на нас, широко раскрыв глаза, но я их игнорирую. Это между мной и моим братом.
— Какого черта, Тимур? — рявкает Серж, наконец вырывая руку. — Какой смысл во всей этой власти, если я даже не могу найти убийцу Энтони? А?
Я замираю, уставившись на него. Так вот в чем дело. Энтони.
Энтони был лучшим другом детства Сержа. Его смерть, признанная самоубийством, с тех пор стала больным местом для Сержа. Он отказывается в это верить, утверждает, что замешано что-то более зловещее. Я сам расследовал это дело, и все улики указывают на самоубийство. Серж не хочет с этим мириться. Он убежден, что его кто-то убил, и эта одержимость загоняет его в темное место.
— Серж, — говорю я, мой голос теперь тише, но все еще тверд. — Я понимаю, что тебе больно. Да. Это… это не выход. Ты делаешь все хуже для себя. Для нас.
Он смотрит на меня, его глаза налиты кровью и полны разочарования. — Ты не понимаешь, Тимур. Я должен был его защищать. Я должен был знать, что что-то не так. Я должен был это остановить.
— Ты не мог знать, — говорю я, и мой тон становится резче. — Ты не мог это остановить.
— Может быть, — бормочет он, отводя взгляд. — Может быть и нет, но я не собираюсь это оставлять. Никогда.
Я вздыхаю, провожу рукой по лицу. — Слушай, мы поговорим об этом позже. Сейчас тебе нужно взять себя в руки. Ты никому не сделаешь одолжения, напиваясь и избивая людей в ночных клубах.
Серж не отвечает, его взгляд отстранен. Я знаю, что он все еще думает об Энтони, все еще винит себя. Как бы мне ни хотелось помочь ему, я не знаю как. Он мой брат, моя кровь, я несу ответственность за то, чтобы вытащить его из этой ситуации, но я не уверен, что он когда-нибудь избавится от чувства вины.
Между нами тянется молчание Сержа, густое от всего недосказанного. Его отстраненный взгляд не только о сегодняшнем вечере — он глубже, запутанный в путанице вины и гнева, которые он несет с собой со смерти Энтони. Наблюдая за ним, я понимаю, что что-то терзало меня уже некоторое время. Уязвимость Сержа не просто опасна для него, она опасна для всех нас.
В нашем мире слабость — это оружие, которое другие будут использовать против тебя. Серж в его нынешнем состоянии — обуза. Видео с прошлой ночи? Я бы не удивился, если бы кто-то из наших соперников повысил его видимость, может быть, даже сам слил его. Они знают, что Серж слабеет, и они воспользуются этим, чтобы напасть на нашу семью. Братва не может позволить себе выглядеть нестабильной, особенно сейчас, когда альянсы хрупки и за каждым шагом следят.
Я снова смотрю на Сержа. Его тело слегка покачивается, едва удерживаясь в вертикальном положении. Я делаю глубокий вдох, зная, что сейчас не время и не место, чтобы достучаться до него. Он слишком обдолбан, слишком пьян — черт, возможно, и то, и другое. Я киваю Олегу, который делает шаг вперед, готовый вмешаться.
— Я отвезу его домой, — говорит Олег, обнимая Сержа за плечи, чтобы поддержать его.
Серж бормочет что-то бессвязное, полуприкрыв глаза, тяжело опираясь на Олега. Его голова падает набок, и прежде чем я успеваю ответить, он теряет сознание, его вес обвисает в руках Олега.
— Приведи его в порядок и держи там, — говорю я Олегу. — Сделай так, чтобы никто об этом не услышал. Я разберусь с ним утром.
Олег кивает и, с некоторым усилием, тащит Сержа к выходу. Я смотрю, как они уходят, и в груди у меня стеснение, от которого я не могу избавиться. Мой брат катится по спирали, и это лишь вопрос времени, когда его действия обрушат на нас еще больше огня. Мне нужно остановить это.
Я отворачиваюсь от двери, мой разум лихорадочно прокручивает все, что нужно уладить. Серж, семейный бизнес, наши конкуренты — все это слишком, и напряжение стягивает мои плечи, затрудняя дыхание. Как раз когда я собираюсь выйти, официантка выходит мне навстречу.
— Бесплатные напитки, сэр, — говорит она, предлагая поднос с изысканной улыбкой.
Я колеблюсь на мгновение, размышляя. Обычно я бы не стал беспокоиться. Один напиток не снимет стресс, который сейчас навалился на меня. После всего, что было с Сержем, мне нужно снять напряжение. Я беру стакан с подноса, кивая в знак благодарности. Это не так уж много, но, возможно, это даст мне минутную передышку.
