Шрам оглянулся и громко свистнул. Десяток прискакал и выстроился полукругом.
– Слезайте с коней, ребята. И помогите дамам подняться в седла. Шустрый, ты дуй в замок и предупреди барона, что прибыл Барон Ирридар тан Аббаи в сопровождении охраны, невесты и друзей.
Молодой парень, которого я не знал, лихо поднял коня на дыбы, развернул его на месте и стегнув плеткой, помчался к замку.
Девушек осторожно подсадили в седла. На троллей не обращали внимания, их приняли за охрану. А как же еще путешествовать молодому барону, как не под охраной, пусть даже троллей. Нехейцев этим не удивишь.
Я тоже получил коня, но отказался.
– В замок, Шрам, я войду пешком.
– Молодец, господарь. – похвалил меня воин. – Хочешь выказать уважение отцу и брату. Молодец. Я с тобой тоже пешком пойду.
И мы тронулись. Я видел, как отец, мать и старший брать появились на стене, посмотрели на нас и спустились.
Когда мы подходили к воротам, из них вышел отец Ирридара. Мое сердце екнуло, но тут же успокоилось. Он пошел мне навстречу, и это было высшим проявлением уважения принятого у нехейцев. Когда хозяин замка выходит встречать гостя пешком из ворот. Он оценил мой поступок. Я признавал его власть и покорялся его воле. Мы шли навстречу друг другу, и это тоже было проявление его великого уважения. Он не остановился в десяти шагах от створа ворот, а продолжал идти. Подойдя к отцу, теперь я безотговорочно принял этого сухопарого, с обветренным лицом человека, за своего отца. Я встал на колени и приложился губами к его руке. Лицо мужественного воина, никогда не знавшего слов ласки, дрогнуло. Он взял меня за плечи и потянул вверх. Я поднялся. А отец долго смотрел мне в лицо, изучая его. Затем прижал к своей груди.
– Здравствуй, сынок, - произнес он дрогнувшим голосом, и это был первый раз в жизни, когда он назвал Ирридара сыном.
– Здравствуй, отец, – ответил, я за Ирридара. И мы стояли на глазах у всех обнявшись, просто стояли, впитывая тепло друг друга. На меня накатило.
– Прости, Ирридар, – мысленно попросил я прощение у погибшего парня. – Не моя вина, что я заменил тебя, но верь, я не посрамлю твою память.
– Пошли в дом, сын, – отпустил меня отец. На его изрезанном морщинами лице играла счастливая улыбка.
Я подошел к матери, очень красивой женщине, сохранившей молодость, благодаря примеси крови лесных эльфаров, и встал на одно колено. Бережно взял ее руку в свои, подержал и поцеловал.
– Здравствуй, мама, – глядя на нее снизу вверх, поздоровался я.
И она не выдержала, заплакала. Встав и обняв ее, я подержал в объятиях.
– Не плачь, мама, – прошептал я, хотя комок подступил к моему горлу. Я сглотнул, собравшись с силами. – Я привез показать тебе свою невесту и будущую невесту для Черри.
Мать вытерла слезы.
– Я рада сынок. Жаль, дед твой не дожил до этого, он бы обрадовался, узнав, как ты возвысился. Мы гордимся тобой, сынок.
– Спасибо, мама.
Я улыбнулся и подошел к Орридару.
– Здравствуй, брат. Вот, прибыл по твоему приглашению, погостить. – Этими словами я показывал, что приехал не как барон или граф, а как все тот же младший отщепенец.
– Рад, брат, твоему приезду, – ответил, обнимая меня, и этими словами показывал, что мое желание, оставаться младшим, он принял благожелательно.
Потом им были представлены девушки. Особое внимание было обращено на Гангу и Мегги. Отец что-то буркнул Шраму и тот исчез.
– Как твоих троллей размещать будем? – спросил отец, рассматривая столпившихся лохматых чудищ.
Нехейцы не боялись ни медведей, ни драконов, ни троллей. Зверь для них и был просто зверь.
– Их не надо размещать, отец. Это подарок Орри от принцессы Тора-илы. – Я поклонился в сторону эльфарки. – Их надо провести на перевал Гроз и там поселить. А оставить можно за стенами замка, только дать им корову или оленя на ужин.
Отец и брат оценили подарок по достоинству, они сразу поняли, какие преимущества это им принесет. Оба подошли к девушке и поклонились ей.
– Благодарим вас, Ваше Высочество, – оба нехейских аристократа сразу смекнули, что за птица перед ними.
Тора растерянно посмотрела на меня, но я сделал вид, что ничего не знаю, выкручивайся сама. Она сузила глаза, выстрелила в меня ледяными лучиками и улыбнулась моим родственникам.
– Я рада была, таны, Вам угодить.
Внутри замка было тоже небогато, но функционально. Небольшой двор. Навес для лошадей и высокое крыльцо центральной башни, в которой размещались обитатели замка. Как я знал, первый этаж - казарма, подвал для слуг и припасов. Второй этаж - два зала. Малый и большой зал приемов. Малый зал служил столовой для барона и приближенных. На третьем этаже располагались покои, разделенные на две части. Мужская половина, женская половина и в них же гостевые комнаты.
Девушек увели. Меня усадили за стол в малом зале. Перед этим я отдал тюки и свертки Рабэʹ. Отец с братьями уселся на другой половине стола. Они некоторое время на меня молча смотрели.
– Ты стал настоящим мужчиной, – прервал молчание отец. – Только похож на лигирийца. Хотя в душе ты настоящий нехеец. Расскажи нам, сын, как ты стал бароном.
