Ален не стал признаваться, что забыл об этом, просто кивнул и пошел следом. Координаты Арены он не помнил, потому покорно воспользовался услугами робота. Невыносимо хотелось спать, но Ален боялся возвращаться в тот кошмарный сон. Приходилось прилагать большие усилия, чтобы держать слипающиеся глаза открытыми. К счастью, дорога оказалась недолгой. Но стоило вылезти наружу, как его тут же облепили девушки, нанятые в попытке собрать гарем как у Деймона.
— Сладенький, мы заждались!
Как ее зовут? А эту с розовыми волосами, что лезет целоваться? С которой из них он спал последний раз? И почему его тошнит только сейчас?
— Убери, — поморщился Ален, отстраняя от себя загорелую брюнетку в крошечном купальнике. — Немедленно.
Не обращая внимания на окружающих, он быстрым шагом добрался до лифта и нажал на кнопку с надписью «vip». Двери захлопнулись перед носом несчастного сопровождающего, получившего пару пощечин за Алена.
«Камью с ними, — решил Ричмонд, — все они ненастоящие, все фальшивки. И я фальшивка, потому как настоящий там — сидит под колпаком в непонятной комнате. Но и настоящего меня ничтожно мало».
Против собственной воли мысли вернулись к недавнему сну. Вспомнилось, с каким дружелюбием миниатюрный Ален смотрел на оригинал.
«Он добрее меня» — сделал неутешительный вывод Ричмонд, выходя из лифта.
Продолжая думать о недавнем сне, он подошёл к краю балкона и машинально поднял руку в приветственном жесте. Толпа зрителей разразилась одобрительным рёвом.
«Животные. Все они. Это их надо пускать на разогрев».
Оскаленный череп, выгравированный в круге арены, приветливо помахал ему зажатой в костлявой руке косой. Гладиатор — седоволосый худой мужчина в плохо подогнанных доспехах — вытянул руку, то ли приветствуя Ричмонда, то ли моля о пощаде.
Выпустили зверей. Мир закружился, брызнул кровью, поплыл перед глазами Алена. Не в силах противиться внезапно нахлынувшему безумию, он разбил перила и шагнул вперёд, прямо на арену — туда, где лилась кровь и где бесчинствовала Смерть. Это не было прыжком вниз: Ален летел, чувствуя, как за спиной разворачиваются два мощных крыла — не чета тому ущербному родимому пятну, дарованного Создателями.
Взмах — и ударная волна сбивает всех, находящихся внизу. Дальше — воздушный клинок, способный бесконечно увеличиваться в длину.
Пой, воздух! Пей чужую кровь и рычи — сегодня ты здесь хозяин!
— Мади Ричмонд, — пират, сопровождавший Ричмонда на арену, боясь прикоснуться, замер рядом. — Мади Ричмонд?
— Что? — Ален помотал головой, пытаясь сообразить где он. — Не трясись: я не собираюсь тебя убивать.
— Рад это слышать, — пират низко поклонился и из этой позы жалобно спросил: — Второй бой вы тоже хотите провести на арене?
Чуть было не спросив «Где?», Ричмонд, наконец-то, осознал, что сейчас натворил. Десять из десяти за оригинальность. Поискав глазами между растерзанных туш несчастных тварей, он нашел того, ради которого спрыгнул. Мужчина растерянно слушал распорядителя боев, боязливо поглядывая на Алена.
— Кто это? — бесцеремонно ткнув пальцем в седовласого, спросил Ричмонд.
— Пабло Мей, мади, — сообразив, что рассудок вернулся к хозяину, пират выпрямился и принял обычный деловой вид. — Раб кого-то из наших. Родственники отказались…
— Выкупи, — не терпящим возражения голосом приказал Ален. — Немедленно. И убери с сегодняшних боев. А мне подай шетаро.
Так в итоге он оказался в местном госпитале для богачей, в палате с крио-боксом мирийского трофея. Стоял, прислонившись лбом к прохладному стеклу камеры, и плакал, не понимая, что плачет.
— Думаю, ты непременно должен услышать одну историю. Она как сказка на ночь. Страшная сказка на бесконечную ночь, закат пред которой мы сейчас наблюдаем. А рассвет… Шансы на него столь же ничтожны, как возможность дать тебе новое тело… Так вот…
Предыдущее занятие по этикету сорвал невыносимый Алекс Венкс, но предъявить ему ничего не смогли — доказательств не было. В тот день заложники изучали бальные танцы. Молодой учитель Рогден Миларэ заставил Лисарда встать в пару с Жаклин, и они показали несколько пробных движений. Дальше танцев не случилось. После слов Рогдена: «А теперь, оставшиеся ребята, разбейтесь на пары!» Система безопасности заверещала, сигнализируя о пожаре в помещении, но вместо пены на учеников посыпались мыльные пузыри.
Компания принца сначала восторженно наблюдала за шоу, а потом принялась доставать преподавателя: «Мастер Миларэ, вам не кажется, что мы только что сгорели?», «Ай-яй-яй, как можно! Вы своим халатным отношением к работе убили семнадцать детей! Вам не стыдно?!» Потом Жаклин кто-то толкнул, она упала и подвернула ногу. В лазарет ее повел Генджи Сатори, потому как остальные мальчишки устроили между собой драку. Вроде бы разнимать их пришла сама Марта Шер-Пин, но Жаклин этого не видела. Она сидела на больничной койке и ревела, оплакивая несостоявшийся бал.
