Заложница полностью

— Я только что слышала новости по радио.

Тайл Маккой никогда не любила пустой болтовни по телефону. Это была ее первая фраза после того, как Галли взял трубку. Впрочем, никаких преамбул и не требовалось. Если честно, то он ждал ее звонка.

Тем не менее Галли счел нужным притвориться удивленным.

— Это ты, Тайл? Ну как, уже наслаждаешься отпуском?

Ее отпуск официально начался этим утром, когда она села в машину и направилась на запад по 20-му шоссе. Сначала она заехала в Абилин навестить дядю, который последние пять лет жил там в доме для престарелых. Она помнила дядю Пита высоким шумным мужчиной с несколько странным чувством юмора, который прекрасно жарил ребрышки и мог закинуть мяч далеко за ограду парка.

Сегодня они съели на завтрак водянистые рыбные палочки с фасолью из банки и немного посмотрели телевизор. Тайл спросила, не может ли она ему чем-нибудь помочь, пока она здесь, — написать письмо или купить журнал. Дядя печально улыбнулся, поблагодарил ее за приезд, а потом пришел санитар и уложил его в кровать, как малого ребенка.

Выйдя из пансионата, Тайл с удовольствием вдохнула жаркий, скрипящий на зубах воздух Техаса, надеясь избавиться от запаха старости и безнадежности, которым пропиталась богадельня. Она с облегчением подумала, что выполнила семейный долг, но тут же устыдилась этого чувства. Усилием воли Тайл стряхнула тоску и напомнила себе, что она в отпуске.

Официально лето еще не наступило, но для мая было на редкость жарко. Перед домом для престарелых не нашлось места в тени, где можно было бы оставить машину, так что внутри салона воздух нагрелся настолько, что вполне можно было печь печенье на приборной доске. Тайл включила кондиционер на полную мощность и нашла свою любимую радиостанцию.

«Я прекрасно проведу время. Мне давно пора было куда-нибудь съездить. Потом я буду чувствовать себя значительно лучше». Она повторяла этот внутренний монолог как мантру, стараясь уверить себя, что так оно и есть на самом деле. Вообще-то она относилась к отпуску с таким же отвращением, как к приему горького лекарства.

Дорога, казалось, струилась в волнах жары, это марево гипнотизировало, а радио создавало фон, который Тайл практически не замечала. Но когда начали передавать новости, она привычно напряглась — и не напрасно. То, что она услышала, подействовало на нее как шило, выскочившее из сиденья водителя. Все в одно мгновение ускорилось — движение машины, пульс Тайл, мыслительный процесс. Она тут же достала из большой кожаной сумки сотовый телефон, набрала номер Галли и, как всегда, сразу приступила к делу:

— Расскажи вкратце.

— А что именно ты услышала?

— Что сегодня ученик старшего класса средней школы в Форт-Уэрте похитил дочь Расселла Денди.

— Это примерно все, — подтвердил Галли.

— Но я хочу знать детали.

— Ты же в отпуске, Тайл.

— Я возвращаюсь. На следующей развилке развернусь. — Она взглянула на часы на приборной доске. — Я у бензоколонки на…

— Стой-стой, Где ты сейчас? Дай точные координаты.

— Милях в пятидесяти к западу от Абилина.

— Гм-м.

— В чем дело, Галли?

Ладони у Тайл вспотели. Снова знакомо защекотало где-то в животе, а это случалось, только когда она шла по горячему следу и надеялась на сенсационную передачу. Этот всплеск адреналина нельзя было ни с чем перепутать.

— Ты ведь по пути к Анджел-Файр?

— Да.

— Северо-восточная часть Нью-Мексико… Ага, вот это где. — Он, видимо, рассматривал карту автомобильных дорог. — Впрочем, забудем. Зачем тебе все это, Тайл? Придется сделать большой крюк, а ты все-таки в отпуске…

Он пытался поймать ее на крючок, и она это понимала, но не имела ничего против. Ей хотелось сделать эту передачу. Похищение дочери Расселла Денди — важное событие, к тому же по мере развития история может обрасти интересными подробностями.

— Я не возражаю против большого крюка. Говори, куда ехать.

— Ну, — протянул он, — если ты уверена…

— Я уверена.

— Тогда ладно. Недалеко впереди есть поворот на шоссе 208. Поезжай по нему на юг до Сан-Анджело. Дальше к югу шоссе пересечется с…

— Галли, насколько большой крюк мне придется сделать?

— Я думал, тебе безразлично.

— Разумеется. Но знать бы не помешало. Сколько там?

— Ну, давай посмотрим. Примерно… Три сотни миль.

— От Анджел-Файр? — слабым голосом спросила она.

— От того места, где ты сейчас находишься. Дорога до Анджел-Файр не в счет.

— Путешествие в три сотни миль?

— В один конец.

Тайл глубоко вздохнула, но позаботилась, чтобы он этого тяжелого вздоха не расслышал.

— Ты сказал, шоссе 208 до Сан-Анджело. Потом куда?

Она придерживала руль коленом, трубку держала левой рукой, а записи делала правой. Машина шла на автомате, но мозг Тайл лихорадочно работал. Ее охватил журналистский азарт. Мечты о приятных вечерах в качалке на веранде уступили место мыслям об интервью и интересных ракурсах.

Ей нужен был фактический материал, но когда она спросила об этом Галли, тот уперся:

— Не сейчас, Тайл, я очень занят, а тебе еще ехать да ехать. Когда ты будешь на месте, у меня соберется куда больше информации.