Первое потрясение ожидало уже на месте. Мое авто исчезло. Стояли только машины местных, которые я на всякий случай обошла. Вдруг внедорожник просто переставили. Но нет. Его действительно не было. Да что за черт?! Тревога все сильнее давала о себе знать, почти парализуя способность мыслить. Я с шумом втянула воздух и заставила себя немного успокоиться.
Это наверняка очередное издевательство Ярова. Куда-то переставил машину, чтобы я снова ринулась к нему и потребовала объяснений. Не дождется! Если понадобится, готова до Мирграда идти пешком, на злосчастных шпильках, которые умудрилась сегодня надеть. И я, вскинув подбородок, со всей скоростью, на какую была способна, направилась к блок-посту.
А вот тут ждало второе потрясение!
– Простите, вам запрещено покидать пределы нашей территории, – вежливо остановил меня один из охранников.
– Да по какому праву?! – хваленая выдержка в очередной раз разлетелась вдребезги. – Я свободный человек! Вы не имеете права меня не выпускать!
– Простите, но вам придется решать это с начальством, – развел руками оборотень, дружелюбно улыбаясь.
– То есть с альфой, я правильно поняла? – кипя от ярости, бросила я.
Последовал кивок, который в данной ситуации показался просто издевательским. А потом я и вовсе с катушек слетела и попыталась проскользнуть мимо двух охранников и миновать заставу. На что только рассчитывала? Перехватили почти мгновенно. Сильно, но осторожно оттеснили подальше от ворот и еще раз с самыми дружелюбными улыбками направили за объяснениями к альфе. Ублюдки проклятые! Да что они себе позволяют?! Да мне сейчас стоит набрать номер Адена Лареса, и сюда нагрянут несколько десятков полицейских!
Я трясущимися руками открыла сумочку и начала шарить в ней в поисках мобильного. Сначала подумала о том, что в действие вступил привычный закон подлости – когда тебе что-то нужно, его обязательно будет трудно найти. Но чем дольше шарила внутри нехитрого содержимого, тем сильнее накатывала истерика. В конце концов, я упала на колени, не заботясь о сохранности дорогущих чулочек, высыпала из сумочки все, что там было, и стала лихорадочно перебирать.
Меня ждал новый удар. Мобильник исчез. И не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять – без альфы тут тоже не обошлось. Он мог залезть в мою сумочку, пока я отключилась. И несомненно, так и сделал. Проклятье! Яров с самого начала решил, как поступит. Все это время просто играл со мной. Продлевал удовольствие. Что ж, в этот раз я выскажу ему все, что о нем думаю! Сейчас я находилась в таком состоянии, что вряд ли что-то бы удержало. Даже инстинкт самосохранения, вопящий о том, что с альфой лучше не связываться.
Поспешно сгребла рассыпанные мелочи обратно в сумочку, поднялась на ноги, сбросила неудобные туфли, замедляющие движение, и держа их в руке, как вражеское знамя, ринулась к дому Ярова. В этот раз было плевать, кто и как на меня посмотрит. И пусть кто-то попробует остановить – заряжу шпилькой прямо в глаз! Сейчас я и не на такое способна!
Мать Ярова, подметающая двор, даже не успела слова сказать, когда я пролетела мимо нее и вспорхнула на крыльцо. Задыхаясь от быстрого бега и ярости, растрепанная, с пылающими щеками, ворвалась в кабинет. Яров говорил с кем-то по телефону, но при виде меня тут же оборвал разговор и поднялся на ноги. По его лицу расползалась чуть насмешливая улыбочка, окончательно взбесившая меня.
Я с истошным воплем швырнула в Ярова туфлями. Обе попали в цель, наткнувшись на мускулистую грудь и, не причинив никакого вреда, шмякнулись на пол. Тогда я бросилась на него сама, растопырив ногти, как дикая кошка, и целя в ненавистные темные глаза. Яров одним уверенным движением перехватил мои запястья и удержал на безопасном расстоянии. Улыбка на его лице все ширилась.
– А ты ничуть не изменилась, хоть и пыталась строить из себя ледяную принцессу! – послышалась издевательская реплика. – Все такая же дикая волчица! И это мне нравится.
Я буквально зарычала от бешенства и попыталась ударить его лбом в челюсть. Яров едва успел отклониться и издал легкий смешок.
– Все-все, тише! Успокойся, девочка. А то поранишься.
Ублюдок! Он вообще меня всерьез не воспринимает! Он что думает, я с ним играю? Да будь у меня сейчас в руке нож, пырнула бы, не задумываясь!
У-у-у! Ненавижу! Внутри клокотала такая ярость, что я совершенно рассудок утратила. Яров продолжал удерживать, легко подавляя все мои попытки лягнуть или ударить любым доступным способом. А потом вдруг впился губами в мой рот, так грубо и властно, что я едва не задохнулась. Сминал еще более яростное сопротивление, пока от недостатка кислорода у меня все не поплыло перед глазами. Я обмякла в его руках, чувствуя, что вот-вот потеряю сознание. Ярость схлынула, но окончательно не исчезла, затаившись внутри, как дикий зверек.
Яров мигом почувствовал перемены в моем состоянии и тут же отпустил. Он дышал не менее тяжело, чем я, глядя каким-то странным помутневшим взглядом.
