Через полчаса я уже висела в телефоне, вздрагивая от ликующих или негодующих, в зависимости от момента, болельщиков. Ден вообще развернул стул от стола и подпрыгивал, трубя во всю глотку за свою команду. С грустью посмотрела на часы, еще пару часов придется проторчать в шуме, прежде чем поедем домой, когда пришла эсэмэс.
«С днем рождения».
Номер не определился, но это мог быть только Дим. Кто еще?
Рядом с рукой на стол неожиданно легла белая роза. Я подняла изумленный взгляд на официанта, но он только пожал плечами, собрал со стола пустые кружки и ушел.
Телефон снова блямкнул:
«Собери свой праздничный букет».
Я оглянулась, моментально замечая еще одну белую розу, торчащую в бутылке из-под пива на соседнем столике. Ни Ден, ни бойцы не обратили внимание на то, что я поднялась. С собой взяла только телефон и цветок. Пусть думают, что я ушла в туалет.
Нагло вытащив вторую из бутылки, оглянулась в поисках третьей. Белые розы уводили меня все дальше от нашего столика, к выходу на летние террасы, которые сейчас были пусты, к дальнему концу открытой веранды, с которой открывался потрясающий вид на ночной город.
Я взяла последнюю, седьмую розу с широких перил ограждения и вздохнула. Приключение закончилось, букет собран, а возвращаться в шумный и душный зал не хотелось. Потому я задержалась, поглядывая сверху на огни проспектов, подсвеченные здания, подставляя лицо ветерку.
Сзади на талию легли горячие руки и чуть сжали. Я не успела напугаться, когда знакомый низкий голос прошептал на ухо:
— С днем рождения, принцесса.
— Руслан, — выдохнула я и прикрыла глаза, когда его губы коснулись нежной кожи на шее в откровенном жарком поцелуе.
Не помню, чтобы Чернов раньше позволял себе такое, но сейчас я откровенно млела в его объятиях, подставляя ему шею, чувствуя, как он кружит кончиком языка, заставляя мурашки покрывать мою кожу. Я вздрагивала от его прикосновений, даже не думая останавливать, зная, что Руслан дальше не пойдет. Не здесь, не сейчас и не со мной.
Это всего лишь вот такое поздравление. И мне нравился его бунтарский дух. Сейчас я не повиновалась братьям Костровым и получала запретное удовольствие от Чернова.
Он не знал про мой день рождения и при этом не забыл про него! А Ден с Димом весь последний год только и ждали отсечки, но ни одной розы, ни одной эсэмэски. Ни-че-го!
Я всхлипнула, понимая, что Чернов одними только поцелуями в шею и ухо может довести меня до непроизвольного оргазма. Боже, как было бы стыдно кончить от его языка в ухе! Но я не отстранялась, терлась попой об его стояк, очень выразительно упирающийся в меня сзади. Охала, когда руки Руса поднимались с талии выше и сжимали грудь. Я ждала, когда Чернов развернет меня к себе и поцелует, вытворяя своим блядским языком все нецензурные вещи с моим.
Но Рус внезапно прекратил лизать меня и тяжело выдохнул в висок. Я ждала продолжения, немного изнывая от бездействия, а Рус отдышался и более спокойным голосом сказал:
— У меня для тебя подарок. Но он не здесь. Поехали?
Я развернулась сама. Уехать? Сейчас? С ним?
— Тебя убьют.
Рус расхохотался, а я вздрогнула от его гортанного смеха. Он был завораживающим. Мне нравилось, как он смеется. Но смеяться над серьезной угрозой?
— Я не шучу.
— Я знаю, принцесса. Верну тебя как раз к концу матча.
Чернов оторвался от моего тела, и я зябко поежилась, только сейчас осознавая, что вечер прохладный, а мне было тепло в его руках.
Рус протянул руку не настаивая, а приглашая.
Я думала одну долгую минуту. Это был риск. Это был бунт. И это было непреодолимое желание!
— Я не смогу позволить тебе больше, — сразу предупредила я.
— Мия, сегодня твой день рождения, и мы делаем подарок тебе, а не мне.
От его слов сердце подпрыгнуло, я с заговорщицкой улыбкой вложила в его руку свою, и мы помчались вниз по запасной лестнице с веранды, незамеченные сопровождающими и Деном. А там ждал припаркованный спортбайк.
Чернов вручил мне шлем и заставил надеть кожаную куртку. Завел своего рычащего зверя и жестом велел садиться сзади.
— Держись крепче, принцесса, — бросил он, закрыл забрало, и мы рванули, рассекая ночь рокотом и скоростью.
Я была уверена, что полет на мотобайке и есть мой подарок, поэтому наслаждалась адреналином, близостью парня и неожиданной ночной свободой.
Точно знала, что не позволю ему подвозить меня к кафе. Я сразу вернусь домой, а Дену скажу, что мне стало скучно и я ушла. И обиделась, что ни он, ни Дим не вспомнили о моем дне рождения!
Да, я заранее придумывала, как выгорожу Руса, чтобы он не пострадал от моих близнецов. От безнаказанности мне было легче принимать подарок Чернова и наслаждаться!
Во только наша поездка оказалась неожиданно короткой.
Он остановился подле многоэтажки, снял шлем и повернулся ко мне. Я все еще смотрела на него через защитное стекло и тесно прижималась к спине грудью.
Руслан улыбнулся.
— Слезай.
Я послушалась. Он поставил спортбайк на подножку, слез и снял с меня шлем. Я ждала, не понимая второй части подарка.
