Вот она нам за столом показывала в лицах, как выглядели многие видные мэтры при проведении голосования. Я там сам присутствовал и отметил, что получилось у неё — вполне схоже.
Я вовсе не «пикейный жилет», и у меня времени на пустопорожнее обсуждение мировых проблем никогда не находится. Но так и хочется высказать отлитое в бронзе — «Петрович голова, я лично свой палец ему в рот не положил бы»[43].
Пока я маялся с неожиданно свалившейся популярностью Алексея и Людмилы, настоящий полковник давно спланировал и действовал. Спустя пару дней Людмиле позвонила наша хорошая знакомая — заведующая кафедрой иностранных языков Университета, и сообщила, что той следует приступить к работе преподавателя кафедры в начале следующей недели.
Вот тебе бабушка и Юрьев день[44], а я так рассчитывал оставить её переводчиком и редактором у нас. Ан, нет. А пока ей следовало зайти на кафедру для оформления трудовой деятельности. И мы с ней туда и отправились.
Там нам показали оборудованный лингафонный кабинет и сказали, что со следующей недели Людмила будет ответственна за проведение занятий со студентами старших курсов и сохранность оборудования. Расписание занятий для групп уже составляется.
Если говорить об удивлении моей спутницы, написанном на её лице, то на ум приходит только: «Без меня, меня женили», если это к ней применимо.
Она рассматривала аппаратуру лингафонного кабинета и вряд ли могла понять для чего та предназначена и как ею пользоваться. Потому я похлопал её одобрительно по руке и сказал, что она обязательно справится, и я ей обязательно помогу в этом вопросе, так как хорошо разбираюсь в современной технике.
Сам внимательно просмотрел и отметил некоторые моменты, на которые придётся обратить внимание руководства кафедры в ближайшее время. Пока Людмила будет осваивать технику и знакомиться с методикой они обязательно выплывут. Тогда и поставим вопрос перед руководством. Я-то примерно стал вникать в замысел Петровича.
