— Странно видеть у столь юного гражданина такое понимание ситуации в стране и мире, услышать одобрение последних мер по очищению рядов партии. Ведь больше других этим возмущаются именно деятели культуры и некоторые учёные. По книгам и фильмам тебя следует отнести к первым, а по недавно рассказанному и ко вторым.
— Не совсем так, деятельность в области культуры для меня только детское увлечение. И я её всячески выставляю напоказ, чтобы не стало заметно второй и основной деятельности. В неё посвящены только самые доверенные лица. Вам я открыл своё основное призвание, чтобы максимально смогли использовать мои способности во благо Родины. Хотелось бы приносить ощутимую пользу народу. Однако, если вспомнить старую поговорку, что «царские милости в боярское решето сеются», то хотелось бы добиться взаимопонимания по большинству вопросов, — и замолк, ожидая ответа Брежнева.
— Нет смысла часто организовывать такие встречи. Это привлечёт слишком много внимания, — веско заключил генеральный. — А будет ли польза, неизвестно?
— Польза будет, у меня очень нетрадиционный взгляд на проблемы, и я вижу некоторые аспекты, ускользнувшие от других. В настоящий момент я инкогнито сотрудничаю со многими учёными нашей страны, и если состоится международное сотрудничество по созданию термоядерных реакторов, то под письмом наших учёных есть и моя подпись, Я там высказал целый ряд новых предложений по термоядерному синтезы и сопутствующим вопросам.
— Даже так. И как много людей знает об подобных проектах?
— Полностью никто, кроме моего куратора, а он заместитель руководителя республиканского управления КГБ. Что касается открытой тематики, то её стараюсь согласовывать с первым секретарём компартии республики, и он оказывает мне большое содействие. Недавно в городе было организовано производство электромузыкальных инструментов моей разработки. Коллектив предприятия работает по принятым недавно постановлениям об акционерных компаниях и предприятиях. Скоро освоит выпуск самых высококлассных инструментов, и смею надеяться, они будут пользоваться неизменным спросом у профессионалов. Можно будет производить инструменты для детей и под их пропорции. Я не могу освоить инструменты, сделанные для взрослых, а при написании музыки они необходимы, — и посетовал. — Никто не изготавливает их для таких маленьких детей.
— Мне упоминали про твой музыкальный спектакль, и о его широком успехе в ГДР. Это вы молодцы, что укрепляете культурное сотрудничество. Нам бы достичь такого же взаимопонимания и сотрудничества по политическим вопросам.
— Мои прабабушка с прадедушкой всемерно содействовали развитию этих культурных связей. У Всеволода Никитича мать урождённая немка, и он отлично владеет немецким языком, что помогло установлению дружеских контактов, а Вероника Степановна известный московский искусствовед, и, приглашенная на премьеру спектакля, затем организовала обмен выставками произведений искусства с музеями ГДР. Её там даже наградили орденом дружбы народов за вклад в её развитие! — завершил я с явной гордостью за предков.
— Я смотрю у вас замечательная семья. Бабушка детский писатель, дедушка охотник и рассказчик охотничьих баек. У него явный талант, и многих из них я ранее не слышал. Про тебя не стану говорить — уникальный случай во всей мировой истории. Теперь вот оказалось, что прадед с прабабушкой совершили очень полезное дело по налаживанию культурных связей с ГДР.
— Так у нас многие семьи такие же талантливые. Наш народ неизмеримо богат ими, их надо только открыть, и дать возможность развивать. Я стараюсь помогать людям, если обнаруживаю зерно таланта, — и продолжил вздохнув. — А номенклатура из-за своей узкоспециальной направленности этому никак не содействует. Им приятны лишь деятели культуры, которые их восхваляют, хотя те за глаза говорят обратное. Но таких послушных и приятных — продвигают и пестуют. А те строчат все эти письма. Сами знаете, что у большинства обласканных — дуля в кармане.
— Хм, хм. Совсем не детский у нас пошёл разговор.
— Так надо спасать наших учёных и инженеров от их тлетворного влияния. Надо дать им другие ориентиры и вехи. Над этим работаю, и стараюсь находить новые таланты, помогая им. Они совсем иные, и не станут воскуривать фимиам лести, — а затем жёстко завершил. — Но такие не нравятся номенклатуре, им «умные не надобны, надобны преданные»[65]. Так именно эти преданные, и предают, как правило. Так как преданность не распространяется дальше слов. Я же готов идти вплоть до костра, и не исключительно, как это было написано у Франсуа Рабле.
— А это не детская похвальба? Точно готов?
— А давайте поспорим, что готовлюсь. На исполнение одной просьбы.
— Давай, и заклад хороший.
— Леонид Ильич, пусть принесут мои пистолеты, которые я сдал охране. Тут, думаю, есть место в окружающем лесу, где можно пострелять, чтобы никто лишний не увидел?
