– Извините, у меня что-то разболелась голова. – Я порывисто встала, отодвинув кресло. Мне было нехорошо после сцены в коридоре, и выслушивать скабрезные шуточки Арлистиана я не собиралась.
– Нэя! Арлис!
– Потом, Мина, мне надо отдохнуть перед поездкой.
Я поспешно выскользнула за дверь, пока у меня позорно не сдали нервы. В коридоре силы окончательно покинули меня. Закрыв глаза, я прислонилась к двери, пытаясь восстановить дыхание, и невольно услышала приглушенные голоса в кабинете.
– Ты что творишь?! – шипела Мина.
– О чем ты? – Арлистиан отвечал так же раздраженно и сухо.
– Сам знаешь! Что это был за концерт в коридоре? Тебе ее не жалко? Зачем мучаешь девочку? Поиграешь и выбросишь? А ей как жить?
– Я никогда ничего ей не обещал! – рыкнул эльф и, похоже, поднялся с кресла. Да, он мне ничего не обещал… – Все, что она себе навыдумывала… я не в ответе за это.
Точно, сама… я виновата во всем сама. Слишком доверчивая, слишком романтичная…
– Ты должен это прекратить, пока это не принесло тебе самому беды.
– О чем ты?
– Она тебя не простит, – коротко бросила видящая.
– Почему?
Пауза. Видимо, Олимина не пожелала ответить.
– Ладно, хоть скажи, что с Нэей не так? Она очень болезненно отнеслась к истории с наемником. Это из-за предательства ее первого возлюбленного?
– Все хуже, Арлис. Все гораздо хуже… Дело в ее отце.
– То есть? – В голосе эльфа послышалась настороженность, а у меня замерло сердце.
– Он предал ее мать. Изменил ей. Потом вернулся… но страх, боль, отчаяние ребенка… Она не забыла. И мать ее не забыла. Нэя до сих пор безумно боится, что ситуация повторится. И очень остро переживает каждую их размолвку… Она действительно не сможет быть с мужчиной, если увидит его с другой. Никогда не поверит и не доверится! Ты это можешь понять?! Это сильнее ее! Порог, который она физически не сможет переступить… как бы ни любила… – закончила эльфийка, и я наконец-то смогла вздохнуть. – Ты потеряешь даже право называться другом, если не прекратишь свои игры. Ни она, ни Илиса не заслуживают такого обращения. Сколько лет ты ей голову морочишь, а? Ей же с десяток предложений за это время сделали! Она любит тебя и не виновата, что ты все чего-то ждешь! Не кажется, что пора оставить игры и определиться? А ревностью ты ничего не проверишь, пойми же это!
– Я… попытаюсь… просто тяжело… поверить, что ей нужен такой, как я. И… у нее был другой… даже тогда, когда я был рядом…
Ревность… Вот, значит, в чем дело. Эльф решил напоследок проверить свою любовницу… и проверить мной! Я даже не заметила, что перестала дышать. Воздух больно обжег горло, и я вонзила зубы в кулак, чтобы не проронить ни звука. Мина права, недаром видящая… Все так и есть… Горячая соленая капля скользнула по щеке и сорвалась на шею, щекоча и сползая все ниже. За ней устремилась вторая, оставляя на платье темное пятно. Рефлекторно смахнув слезы, я осторожно отлепилась от двери и побрела прочь, стараясь двигаться бесшумно. Мыслей не было. Сил тоже…
Не помню, как дошла до своей комнаты. Свернувшись калачиком, я с головой накрылась одеялом, прячась от жестокого мира…
А утром меня разбудил стук в дверь.
– Нэялин, вставай, вам пора! – с порога заявила Мина, швыряя мне на кровать дорожный костюм.
– Уже утро? – растерянно пробормотала я, еще не до конца веря, что проспала почти сутки.
– Именно! Ты проспала и обед, и ужин, и даже ночь! Одевайся давай! – Она стащила одеяло, заставила меня встать и вытолкала в ванную.
А через двадцать минут я стояла во дворе и оглядывала нашу компанию. Даже сердце защемило от ностальгии. Даагонские, наемники, лошади и дорога… все как раньше.
Ко мне подъехал Расхарт и помог взобраться на коня.
– Нэя, ты как? Я вчера заходил к тебе, но ты спала.
– Да, голова разболелась. – Я благодарно улыбнулась ему и взглянула на дворец.
Похоже, все еще спят. Хотя… В одном из окон я заметила наблюдающего за нами Арлистиана. Вот же… не спится ему! Демонстративно отвернувшись, я улыбнулась Фартрейду:
– Ну что? К оракулу?
Теплый ветерок ласково обдувал тело, солнышко ярко светило, но за кронами деревьев жара не ощущалась, немного пыльная дорога, но общего впечатления она не портила. Плюс легкий цветочный аромат, витавший в воздухе, пение птиц и невероятные красоты первозданной природы.
Боже, как же хорошо просто ехать и ни о чем не думать!
Сейчас я буквально исцелялась душой, мерно покачиваясь в седле. Впереди ехали, о чем-то тихо беседуя, Расхарт и Олимина, за ними Артвирт и Фартрейд, потом я, и замыкали наш отряд наемники. Мою персону никто не трогал, позволяя лениво дремать, и это радовало. Меня, кстати, вообще все в этой поездке радовало. И то, что с нами отправилась истинная видящая, и замечательная погода, и возможность хоть немного привести собственные мысли и чувства в порядок, даже оптимизм Даагонских и какая-то детская радость наемников. Все радовало!
– Чему улыбаешься? – спросил подъехавший ко мне Хас.
– А что, нельзя? Кстати, с чего это ты начал со мной разговаривать? – прищурилась я.
