С каждым днём множились претензии и недовольства, высказываемые Раисой хозяйке дома. Поздним вечером Варвара сидела у туалетного столика в их спальне, Николай уже устроился в большой кровати и рассказывал жене новости.
– Сергей сказал, что они с Леной решили его день рождения отпраздновать на природе, – говорил Николай, – Нас с детьми приглашают, я сказал, что приедем. Надо думать, что подарим.
Дверь в спальню резко распахнулась, грохнув ручкой по стене так, что Варя вздрогнула и выронила крышечку от крема.
– Коля! – возмущенно воскликнула ворвавшаяся в спальню Раиса Яковлевна, – Семён мне сегодня сказал, что вы все к деду в Шабалино своё собираетесь уехать на лето! Это что же, я тут одна останусь что ли? Как ты собираешься отца уговорить, чтобы он меня тоже пустил, ведь то не его дом, а вон, её! Что он там командует, в её доме! – она ткнула пальцем в Варю.
– Мама! – резко воскликнул Николай, – Что, до утра это не может подождать? Ночь на дворе, что ты кричишь!
– Конечно, я так и знала, я вам всем здесь, словно кость в горле! Никому старуха не нужна стала! Ну, сдайте меня в дом престарелых тогда, быстрее помру! – трагически заломив руки, воскликнула пожилая актриса и удалилась из комнаты.
– Это не может дальше так продолжаться, – спокойно, но твёрдо сказала Варя мужу, – Почему мы должны это всё терпеть?
– Я тоже думал уже про это, – ответил Николай, – Мы не сможем с ней, да и она с нами. Ничем хорошим это не кончится. Позвоню завтра Наталье Аркадьевне, у неё своё агентство. Пока снимем матери жильё, а потом я вот что предлагаю, как думаешь. Квартиру небольшую купим, пусть пока живет мать, а после Алёшка глядишь женится.
– Ну, значит, кредит? – улыбнулась Варя мужу.
– Да, снимем вклад, и немного добавим кредитных. Лучше уж так, чем терпеть вот это всё!
Буквально через пару недель Раиса Яковлевна со скорбным видом въезжала в небольшую однушку в спокойном районе Москвы, но молчала и не высказывала претензий сопровождающему её сыну. Чуть позже в помощь пожилой женщине в бытовых вопросах была нанята сотрудница специальной организации.
Устроив таким образом неожиданно появившуюся в их жизни мать, Николай обратился к опытному юристу с вопросом, каким законным образом можно выселить непутёвого брата из родительского дома, потому что мать не оставляла его с этими просьбами, беспокоясь, что с домом что-то случится.
Однако, вопрос разрешился сам собой, только очень скорбным образом – осенью Юрий трагически погиб от алкогольной интоксикации, его сожительница Альбина была слишком пьяна в тот момент, чтобы понять, что мужчине плохо и вызвать скорую помощь.
После его смерти эта самая Альбина уже буквально через пару часов исчезла из дома, прихватив с собой всё, что еще оставалось более-менее ценного. После того, как медики констатировали отсутствие признаков насильственной смерти у Юрия, никто её и искать не стал. Исчезла и исчезла, будто и не бывало.
Николай занялся родительским домом, нанял рабочих, сделал ремонт. Но ни Раиса Яковлевна, ни Иван Трифонович возвращаться в дом не захотели. Матери так понравилось жить в Москве, под боком у сына и снохи, она ни в чем не нуждалась, отлично проводила время, обзавелась подругами, с которыми ходила то на выставки, то на какие-либо другие мероприятия, или просто на прогулку в парке. Поэтому со временем дом был продан.
Иван Трифонович остался в Шабалино, даже устроился работать сторожем на комбикормовый завод, который всё же пережил трудные времена. Ульи он себе тоже завёл, как и мечтал. Сейчас ему восемьдесят два года, он крепок и телом, и духом, ждет сына семьёй на отдых в Шабалино.
С женой своей бывшей, Раисой, за все прошедшее время виделся он всего лишь дважды – на похоронах Юрия, и на свадьбе Алёши. Не простил, ничего не забыл, и разговаривать с ней не стал. Хотя сама она и пыталась подойти к бывшему мужу, убедить, что под старость лет до́лжно прощать обиды. Молча отвернувшись, Иван не удостоил женщину ответом. Слёзы бывшей жены его тоже не впечатлили, поэтому она вынуждена была вновь обратиться к Николаю, с просьбой их помирить. Однако и от него получила отказ:
– Мама, вы два взрослых человека, что я буду вас воспитывать? Я тебе во всем остальном помогу, но это уж вы между собой сами решите, – таков был ответ Николая.
Раиса пробовала привлечь на свою сторону Варю, говорила, что дед не справится в одиночку с приезжающими к нему на целое лето внуками, даже убеждала Варю, что старому человеку плохо в деревне и его надо забирать в Москву, но и тут не получила поддержки:
– Столько лет справлялся с внуками, маленькими еще, а тут вдруг не сможет? Не говорите глупостей, Раиса Яковлевна! Если Иван Трифонович сам захочет, то мы будем рады его в Москву забрать. Но решать это только ему самому.
Обвинив Варвару в пренебрежении и нелюбви к себе, Раиса зажила своей жизнью и оставила попытки вернуть себе мужа.