По пути в свой арендованный коттедж мы попали в пробку. Я остановился позади «Субару Аутбэк» с мощными горными велосипедами на багажнике. Вереница машин растянулась впереди, исчезая из виду: полмили обездвиженных внедорожников с людьми, изголодавшимися по крупицам дикой природы, что еще остались в восточной части страны.
Я покосился на своего пассажира.
– Знаешь, что это такое? Медвежья пробка!
Я уже говорил Робби, что мы можем повстречать барибала, поскольку в этих краях обитала самая многочисленная популяция на континенте.
– Давай вылезай. Прогуляйся и проверь, что там. Только держись поближе к дороге.
Он уставился на меня.
– Конечно! Я тебя не брошу. Остановлюсь и подберу, когда мы поравняемся.
Он не двигался.
– Ну давай же, Робби. Там будет много людей. Медведи не причинят тебе вреда.
Сын чуть не испепелил меня взглядом: он тревожился не из-за четвероногих. Так или иначе, Робин вышел из машины и, спотыкаясь, побрел вдоль стоящих автомобилей. Эта маленькая победа должна была меня взбодрить.
Ряд машин тихонько полз вперед. Водители начали сигналить. Кто-то пытался развернуться на узкой горной дороге. Автомобили беспорядочно съезжали на обочину, рядом с потоком суетились пассажиры. Люди расспрашивали друг друга: медведь? где? мать и трое малышей! Вон там. Нет, там. Девушка-рейнджер пыталась заставить всех двигаться дальше. Очередь ее игнорировала.
Через несколько минут я добрался до собравшейся на обочине толпы. Одни указывали в сторону леса, другие смотрели в бинокли. Кто-то установил камеру на штатив и навел на цель объектив-гаубицу. Многие отгородились от природы мобильными телефонами. Люди чем-то напоминали скопище зевак у офисного здания, наблюдающих за человеком на карнизе десятого этажа.
Потом я заметил семейство из четырех медведей, трусившее в подлесок. Мать бросила взгляд через плечо на собравшихся людей. Я увидел Робина в толпе – тот смотрел себе под ноги, а не на барибалов. Потом повернулся, увидел меня и побежал к машине. Очередь все еще стояла намертво. Я опустил стекло.
– Вернись туда и посмотри, Робби.
Он обогнул машину, сел на свое место и захлопнул дверь.
– Ты их видел?
Ответ прозвучал воинственно. Он смотрел вперед, на «Аутбэк», за которым мы по-прежнему ехали. Я ощутил, что надвигается какая-то буря.
– Робби. Что произошло? Что не так?
Мой сын отвернулся к окну и крикнул:
Он уставился на свои руки, лежащие на коленях. Мне хватило ума не торопить события. Спектакль окончился, движение наконец-то возобновилось. Через полмили Робби снова заговорил.
Прошло еще несколько минут, на протяжении которых он изучал извилистую реку.
Это была просто констатация факта.
Я вытерпел еще две мили.
– Знаешь, а они очень умные. Ursus americanus. Некоторые ученые считают их почти такими же умными, как гоминиды.
– Почему ты так думаешь?
Мы покинули территорию парка и теперь ехали обратно через плотно застроенную рекреационную зону. Робин взмахнул руками, как будто указывая на доказательство своих слов.
Мы проехали мимо магазинчика, где торговали сливочной помадкой, киоска с гамбургерами, проката надувных камер для тюбинга, лавки со всякой дребеденью и автодрома. Возле информационного центра свернули налево, и дорога к нашему домику опять повела в гору.
– Это все от одиночества, Робби.
Он посмотрел на меня так, как будто я отказался от членства в клане разумных существ.
– О чем ты говоришь? Им не было одиноко! Они испытывали отвращение!
По крайней мере головоломка заставила его притормозить.
Предзнаменования были повсюду: от напряженных пальцев и трясущихся губ до пурпурной волны, что поднималась по шее. Еще несколько минут, и от умиротворения последних дней не останется и следа. У меня не хватило бы выдержки на двухчасовой приступ мучительной истерики. Многолетний опыт подсказывал, что наилучший выход из ситуации – отвлекающий маневр.
– Робби, послушай. Предположим, что «Антенная решетка Аллена» проведет завтра пресс-конференцию, на которой будет объявлено о неоспоримых доказательствах существования разумных инопланетян.
– Это был бы самый волнующий день в истории Земли. Одно объявление изменило бы все!
Он перестал дергаться, хотя по-прежнему испытывал отвращение. Любопытство все-таки побеждало – с Робином так получалось в девяти случаях из десяти.
