В противоположность описанному, в периократическом государстве отсутствует главный и стержневой стимул антипериократического правителя, а именно инстинкт удержания власти на максимально возможный срок всеми средствами. Следовательно, кадры подбираются не по признаку лояльности, а по рациональным соображениям оптимальности управления. Правитель при периократии ведь тоже хочет как лучше (как и правитель при антипериократии), просто критерии добра и зла у него находятся в плоскости экономических успехов страны, увеличения медианных доходов граждан, усложнения национальной экономики и проч., а не удержания власти до гробовой доски (то ли своей, то ли страны, без разницы). Вполне возможно, что правитель при периократии не обладает тем списком талантов, что наш знакомый из антипериократической страны. У него, например, нет такого магического взгляда, от которого присутствующих бросает то в жар, то в холод; нет общей гениальности, которая непонятно в чем выражается, но является очевидной для (почти) всех подданных; нет безошибочности, особенно ярко проявляющейся на фоне беспамятства управляемого им населения и т. д. Более того, он может не обладать феноменальной способностью расставлять сотни людей по высшим должностям и умело балансировать их полномочия так, чтобы они постоянно грызлись между собой и обращались к нему как к верховному арбитру. Скажу больше, у периократического правителя и полномочий-то существенно меньше, большая их часть делегируется либо другим ветвям власти, либо его подчиненным. Остается «только» общее руководство и «только» контроль над соблюдением базовых конституционных норм, а также над выполнением важнейших программ, реформ и проектов.
Представим себе, что периократический правитель оказался неудачным реформатором. Население оказалось недовольным его реформами. Является ли такая неудача крахом периократии. Нет. По той причине, что периократия не заинтересована в сокращении и уничтожении малого и среднего бизнеса. Правитель при периократии, по крайней мере, индифферентен к процессу роста числа экономически независимых от власти людей. Из чисто рациональных соображений он должен этот рост приветствовать, потому что при этом растет занятость, отчасти растут налоговые сборы, но, самое главное, уменьшается нагрузка на бюджет из-за отсутствия необходимости социально поддерживать социально незащищенные слои (т. е. безработных). Допустим, он такой тупой, что этого не понимает, тогда он, по крайней мере, не будет создавать условия для силового захвата мелкого и среднего бизнеса провластными рейдерами. То есть даже в самом худшем случае успешная предпринимательская активность при периократии будет существенно превышать антипериократический аналог. Это фундаментальное отличие режимов. Периократический лидер не будет сакрализировать силовые ведомства, потому что они не открывают для него дорогу к вечному правлению (потому что этой дороги вообще нет). Соответственно, никаких особых прав у силовиков не будет, и они (вы не поверите!) будут заняты в основном не отъемом бизнеса с помощью тюрем и масок-шоу, а правоохранительной деятельностью. Силовики будут находиться под парламентским контролем, а не как при антипериократиях, где всё наоборот. Вообще нравы значительно смягчатся, потому что большие начальники вскоре в плановом порядке будут лишены властных полномочий (и эта неизбежность им прекрасно известна) и, следовательно, им нет никакого смысла ужесточать, запрещать и завинчивать эти вечные гайки, которые при антипериократии завинчиваются непрерывно и усердно, пока резьбу не срывает окончательно. Периократия не может гарантировать быстрый экономический успех (хотя более успешное экономическое развитие, чем при антипериократии, безусловно, может), но она обеспечит весьма быстрое построение информационно открытого общества с возможностью обсуждения и учета мнений различных групп населения по широкому кругу вопросов. И еще одно замечание по поводу уровня жизни. Он включает в себя не только материальный достаток, но и просто спокойствие, безопасность и удобство жизни для рядовых граждан. Периократия гарантирует наличие независимых судов и преобразование полиции из (по сути) сервиса охранки властей предержащих и политического сыска в действительно правоохранительный орган.
26.8
Заметим в заключение, что столь большая разница между периократией и антипериократией получается независимо от моральных достоинств или недостатков правителей или высших бюрократов. Это аналогично тому, как движение воды исключает превращение ее в болотную жижу независимо от типа почв или ландшафта.
26.9
