Катюлик рассказывала. Она рассказывала про эвакуацию, про то, как они жили в Тамбове и как они туда добирались по льду Ладожского озера, как в соседний грузовик попала бомба и он ушел под лед, про маму с папой и почему они развелись, и много чего еще. Сейчас она тоже лучше вспоминает прошлое: ее мама и папа жили на Финском переулке, а потом переехали на Куйбышева, а на проспекте Блюхера до войны были огороды, на которых что-то выращивали китайцы (я неизменно удивляюсь этой информации), Катюлик гуляла по Покровской улице – и да, здесь была еще церковь.
– Здесь нет Покровской улицы! – с пеной у рта утверждаю я. – И церкви никакой нет и не было!
– Ну, до войны, – задумчиво говорит Катюлик.
Но все же вечером влезаю в Яндекс и после некоторых поисков нахожу: "Участок, расположенный между Безбородкинским проспектом и Лабораторной улицей, с 1912 года назывался Покровской улицей по церкви Покрова Пресвятой Богородицы, построенной на месте современного дома № 115 в 1907 году архитектором Виктором Бобровым и разобранной в 1930-е". То есть кусок проспекта Металлистов и есть Покровская улица. Бывшая Покровская улица.
А сегодня мы ходили "в рынок": я водила Катюлика на экскурсию по местным достопримечательностям. Рынок Катюлику понравился: "У нас в Пушкине такой же", – сказала она. Завтра по планам экскурсия в следующее гнездо разврата – ТД "Менахем". Он же "Сезон". Я все еще надеюсь поразить Катюлика хоть чем-нибудь.
А еще я зачем-то сделала кота из носка и подарила его Катюлику.
***
Сегодня с утра я поехала в Пушкин навестить Катюлика. Прям вот так – встала с утра и поехала. Маршрутка, метро, маршрутка, и вот я у двери. А дверь – не открывается. Я начинаю перекрикиваться с Катюликом через дверь.
– Не открывается! – кричит она.
– Успокойся и попробуй еще раз! – кричу я в ответ.
– Я не знаю, что случилось! – Катюлик продолжает колотиться в дверь. – Вчера парень какой-то ходил, наверное, он что-то накрутил!
– Ага, – говорю я, достаю ключи, которые у меня всегда с собой, и пытаюсь открыть первую наружную дверь. Понимаю, что дверь на задвижке. А Катюлик колотится с внутренней дверью и кричит:
– Кира, открой ключами дверь!
– Я открываю, – кричу я, – но она не открывается! Ты ее закрыла на задвижку!
– У меня нет задвижки на наружной двери! – кричит мне в ответ Катюлик.
О_о, тихо говорю я про себя. Ну как же нет.
У Катюлика две двери. Первая – металлическая, с металлической же задвижкой. Вторая – простая, но на ней замок и заклинило.
Мы перекрикивались и перезванивались минут десять. Катюлик в это время пыталась открыть замок, замок не открывался. И я решила, что надо звонить. Хорошо, что у меня с собой сумка, в сумке – телефон, в телефоне – интернет, а в интернете есть Яндекс. Я быстро нашла "вскрытие дверей Пушкин". Позвонила. Объяснила ситуацию. "Мастер приедет к вам где-то через час," – сказал спокойный голос в трубке.
За этот час я успела покурить, посидеть на ступеньках лестницы, несколько раз посоветовать Катюлику выпить таблетку феназепаму (ибо я не хотела после открытия дверей вызывать еще и скорую), посидеть на нечаянно обнаруженном на пятом этаже диване и почувствовать себя бомжом, послушать, как Катюлик пытается открыть дверь изнутри – звук напоминал мне мою морскую свинку, ночами и зубами трясущую свою клетку: кто слышал этот звук, не забудет его никогда.
Наконец мне позвонил Мастер:
– Я уже подъехал!
– В домофон звоните, – сказала я. Позвонила Катюлику и попросила ее открыть, если будут звонить. "Прашу стучать эсли не аткрывают". Посмотрела в окно. Мастера не было. Во двор зарулила шикарная тойота с тонированными стеклами. Из тойоты вышел мужик. Кто тут вспоминал Брюса Уиллиса? Ну вот почти. Мужик открыл багажник, достал ящик с инструментами, пахнул на меня каким-то парфюмом, и я поняла: это – Он. Кожаная куртка была на его широких плечах, джинсы обтягивали… хм. Ну почему самые фигуристые мужики всегда занимаются неинтеллектуальным трудом? Все эти сборщики мебели, садовники, чистильщики бассейнов, мальчик, который пешком тащил мне гипрок на десятый этаж? Чорт. Все прочитанное вычеркнуть и не увлекаться.
Мастер открыл свой ящик. В ящике лежал набор отмычек и дрель. Нет, шуруповерт. Или все-таки дрель? С помощью этих нехитрых инструментов, а также некоей изогнутой проволочки за пять минут он отодвинул щеколду на металлической двери и добрался до второй. Из замка торчали забытые Катюликом ключи. Еще за три минуты он открыл и этот замок, и спасенная принцесса, то есть Катюлик, кинулась к нему с объятиями.
– Спасибо, ах, спасибо, мой прекрасный принц! – кричала она. Уиллис был суров и непреклонен.
– Этот замок надо бы снять, – сказал он. – Потому что вы должны обеспечить своим родственникам доступ в квартиру. Вам сколько лет?
– Восемьдесят пять, – тихо пролепетала Катюлик.
– Двадцать пять? – переспросил мастер.
– Нет, восемьдесят пять! – повторила она уже с твердостью.
– Снимайте замок! – завопила я. – И щеколду тоже снимайте!
