- Очаровательно…
Заметил. Зашибись.
- Горлова, ради Бога, привыкни к моим шуткам, иначе к концу нашего отдыха ты просто, извини, задолбаешься краснеть. Остановите здесь, пожалуйста. Пару минут мы пройдем и пешком. Девушке нужен свежий воздух.
- Вы невыносимы. – Прошептала Настя, выходя из машины, не дожидаясь, пока Саша обойдет и откроет дверцу.
- Спасибо.
- Я уже жутко от вас устала, хотя мы не пробыли здесь и двенадцати часов.
Стоило ей вдохнуть свежий воздух, как голова тут же закружилась. Морозный воздух вперемежку с солнцем ворвался в легкие, вызывая желание дышать, дышать, дышать. Очень глубоко и медленно.
Они пошли по улице. В пальто было немного прохладно, но за поворотом уже виднелся дом, в котором располагалась квартира Олафура.
- А я вот не устал. Знаешь, только, что меня напрягает?
- Ну? – Настя зажмурилась, когда от проезжающего мимо микроавтобуса отразился солнечный зайчик и проскакал по ее лицу.
- То, что ты мне «выкаешь».
- В смысле? – Она знала, что Саша смотрит на нее, поэтому специально не поворачивала голову. – Мы не друзья, и не родственники. Вы мой директор.
- Ну, я же называю тебя на «ты».
- Ну, вам позволяет ваш…
- Если ты скажешь хоть слово о возрасте, я накормлю тебя снегом.
Настя не удержалась и заглянула в его лицо.
- Позволяет ваше положение, Александр Михайлович Рублев.
- Ага. Считай, выкрутилась. – Шагов десять они молчали. - И что же за положение?
- Да, сделайте вид, что вы не понимаете, о чем я.
Он остановился. Ей тоже пришлось остановиться, зябко кутаясь в пальто. На вопросительный взгляд он лишь развел в стороны руки.
- Смотри. Чем я отличаюсь от любого другого человека?
- Вы мой директор.
- Нет. Смотри на меня здесь и сейчас, а не вчера в Москве. Здесь и сейчас, Настя.
Девушка прищурилась.
- Отличий не вижу.
- Тьфу ты, упрямица. – Он сделал шаг к ней, - за руку ты тоже держала Александра Михайловича Рублева?
Настя резко возобновила ход, чувствуя, как ее начинает колотить. Разговор заходил не в ту степь.
- Мне холодно.
С тяжелым вздохом он пошел за ней.
- Ну конечно холодно. – Буркнул Саша, - это ж надо было пальтишко нацепить. Наверняка осеннее. Сляжешь с переохлаждением, а мне отвечать.
- Вы знаете, вы все больше мне напоминаете Баландина.
- Очаровательно…
И это его «очаровательно» было так скрашено выразительным тоном, что Настя не выдержала и расхохоталась. Саша тоже улыбался. И солнце светило.
***
Настя зашла в холл ресторана под восхищенными взглядами десятка мужчин. Саша уехал из дому раньше, Олафур попросил его помочь в каком-то неотложном деле. Настя надела шифоновое жемчужное платье и полупрозрачную накидку, края которой легким узлом сходились под грудью. Водитель, везший ее до «Saga I muni» подарил в адрес своей спутницы с полсотни комплиментов, от чего настроение Насти значительно улучшилось.
Туфли на высоком каблуке отбивали по мраморному полу уверенный мотив шагов «настоящей леди». Официант, облаченный во фрак, встретил ее у входа и любезно принял пальто, после чего проводил в зал. Глаза девушки удивленно распахнулись. Никогда она не видела таких огромных и прекрасно обставленных залов. Стены с золотой и бежевой отделкой блестели в свете тысячи ламп. Прямо посредине возвышалась небольшая сцена с фонтаном, вокруг которого сидели музыканты, играющие тихую мелодию, доносящуюся из колонок, расположенных повсюду. Ближе к краю было еще одно возвышение, где располагался микрофон, и мужчина, сидящий на высоком стуле приятным баритоном пел красивую, мелодичную песню. Недалеко от сцены – танцевальная площадка, где грациозно кружилось несколько пар.
Столики с загнутыми золотыми ножками и белоснежными скатертями со все той же золотой отделкой по краю, стулья с бежевыми подушечками на сидениях, по углам которых были расположены забавные кисточки. Несколько деревянных ширм, с искусно вырезанными на них узорами, отделяли более уединенные места от остального зала.
Наконец-то взгляд наткнулся на большой накрытый стол, чуть правее от музыкантов. За ним уже сидело несколько человек, вокруг сновали официанты с блюдами на подносах.
Посетители «Сказки», отдыхающие за столиками, были одеты изыскано, будто в королевской театральной ложе. Говорили приглушенными голосами, откуда-то доносился звон бокалов, грудной женский смех. Мужские баритоны голосов.
- Тебе идет.
Этот голос был узнаваем даже среди миллиона. С улыбкой Настя развернулась, глядя прямо на Сашу, который с прищуром рассматривал ее поверх бокала с вином. Одет он был потрясающе. Черный костюм сидел, как влитой. Белоснежная рубашка, и черный атласный шейный платок. Таких Настя еще не видела, и не думала, что их еще носят, и что он настолько гармонирует с костюмом. Саша был картинкой. Ожившей, и приковывающей к себе внимание всех женщин в зале. Темные волосы зачесаны назад, открывая правильный лоб и изогнутые брови. Зеленые глаза колдовским образом лишали голову мыслей.
- Спасибо. – Настя тщательно скрывала волнение, но Саша был слишком проницательным в этом отношении.
