С девяностопроцентной вероятностью Кирилла «отмазали» влиятельные родственники по линии матери, и в этом ему можно было лишь позавидовать. У меня подобные связи напрочь отсутствовали, хотя и я не исключала возможности, что они мне когда-нибудь понадобятся.
В расположенный на последнем этаже новенькой высотки торгового центра ресторан мы прибыли на такси. Поджидавшее нас шампанское не предполагало последующего управления транспортными средствами, и мы с Кириллом дружно отказались от личных автомобилей. Сверкающий яркими красками неоновых вывесок небоскреб включал в себя полноценную сотню этажей, и даже на скоростном лифте подъем под самую крышу занял у нас определенное время. Повсюду мне встречались мои клиенты, как один, не узнававшие в неприглядной серой мышке известную гадалку. Вне салона у меня не только менялась внешность и одежда – я не придавала голосу воркующих интонаций, не сопровождала свою речь плавными, отточенными жестами и не улыбалась загадочной улыбкой Джоконды. В нерабочие часы я с наслаждением становилась самой собой, и у этой Изольды не было абсолютно ничего общего с броской красотой знаменитой ведьмы. Взгляды обывателей на мне толком не останавливались – настолько заурядной и неприметной я выглядела в своем настоящем облике. И лишь избранные знали, какие черти водятся в этом обманчиво тихом омуте.
Вид из витражных окон «Панорамы» открывался действительно великолепный. К вечеру мокрый снег, наконец, прекратился, на улице распогодилось, и молочные сумерки медленно наполнялись повсеместно вспыхивающими огнями. Столица готовилась к бурному водовороту ночной жизни, и сегодня я тоже собиралась стать частью этого стремительного потока.
Несмотря на романтический характер свидания, Кирилл еще ни разу не попытался меня приобнять – видимо, хорошо помнил, как с утра схлопотал по носу в салоне. Открывающийся за окнами пейзаж помимо нас восторженно лицезрело несколько слившихся в объятиях парочек, и наша очевидная отчужденность создавала на общем фоне разительный контраст.
– Пойдем, присядем? – предложил Кирилл, вдоволь насмотревшись на распростертую далеко внизу столицу, – я хочу произнести тост… А это еще что за хрень?
Татуированное лицо незнакомца с фотографии промелькнуло за стеклом на считанную долю секунды, потом его полностью заслонил раскрывшийся парашютный купол, но пылающий взгляд разноцветных глаз, окруженных спиралями непроницаемой маски, все уже успел по касательной опалить мой разум. Я уже хотела было резко зажмуриться и от души встряхнуть головой, чтобы разогнать галлюцинации, но когда снаружи показалось еще несколько ни о чем не говорящим мне лиц и один за другим начали раскрываться парашюты, я кардинально сменила тактику. Прыжок бейсеров с крыши небоскреба имело смысл увидеть воочию.
ГЛАВА VI
–Не поверите, еще десять минут назад эта троица мирно сидела вон за тем столиком и преспокойно потягивала коктейли, – проводив восхищенным взглядом благополучно завершивших «смертельный номер» бейсеров, поведал лысеющий джентльмен с аристократической бородкой, созерцавший коллективный прыжок в крыши небоскреба в непосредственной близости от нас с Кириллом, – похоже, свое снаряжение они принесли заранее…
–Интересно, они заплатили по счету? – с чисто женским прагматизмом поставила вопрос его увешанная крупными бриллиантами спутница, – слишком уж быстро они ретировались из зала.
– Даже если и не заплатили, полиция отыщет их в два счета, – бородатый с покровительственной улыбкой погладил девушку по обнаженной спине, – одному из прыгунов я бы уж точно не советовал попадать в поле зрения правоохранительных органов. С такой-то особой приметой!
– Да может, эта татуировка смывается водой и мылом, – исключительно из упрямства не согласилась со своим кавалером «бриллиантовая дамочка», – а что, хороший способ запудрить полиции мозги!
Честно говоря, меня так и подмывало, красочно воспроизвести вступившей в интеллектуальную дискуссию парочке показанную мне бесславно почившим хрустальным шаром картину и окончательно развеять последние сомнения относительно природы татуировки на лице незнакомца и абсурдности предположения о возможности разом избавиться от нее при помощи банальных косметических средств. Однако, в реальности на моем лице не дрогнул ни один мускул, а с отчаянно пытающихся восторженно округлиться губ не слетело ни звука, хотя и не побоюсь признаться, внутри меня переполняли эмоции. Намертво привитая мне родителями привычка к самоконтролю порой принимала гипертрофированные формы, и там, где проявление чувств было абсолютно естественным и уместным, я на автопилоте хранила показное безразличие. Жаль, что крайне полезные и, можно сказать, жизненно необходимые в оккультной практике мадам Изольды качества, создавали ее двойнику устойчивую репутацию обладательницы «рыбьей крови».
