Отыскав в кармане несколько купюр, Сайкс тут же сел за ноутбук. Отыскав адрес ближайшей пиццерии, Спайроу запрыгнул в челнок, и умчался на Геднер, не забыв перед самым отлётом предупредить Джилл о том куда направился. Пролетая над небоскрёбами, Сайкс непроизвольно сравнивал довольно спокойный юг с опасным севером. Эти два абсолютно разных мира, на первый взгляд, не имели ничего общего друг с другом. Юг был типичной городской зоной, мало чем отличающейся от Терранона. Главной находкой для Геднере были пляжи на западном побережье, куда каждый год приезжали на отдых не только богачи, но и обычные работяги со своими семьями. Яркое тёплое солнце, море и песок — здесь было всё самое необходимое для семейного отдыха. На севере же были лишь бескрайние каньоны, заминированные дороги, и потенциальная опасность для жизни практически за каждым камнем. Солнце на севере практически не согревало землю, а пробирающие до костей ледяные дожди вносили в жизнь жителей и без того неблагополучного региона дополнительный дискомфорт. Сайксу тут же вспомнился один марш-бросок, организованный ныне покойным капитаном Васкезом. Васкез приказал Каплану перебросить часть второго подразделения в поддержку отряду, застрявшему в горах, и атакованному сепаратистами. Спайроу отчётливо запомнил тот день, потому что тогда на севере бушевал самый настоящий ураган. Когда Каплан со своими людьми (в их число входил и Сайкс) прибыл на место, сепаратисты перебили весь отряд. Отыскав чудом уцелевшего бойца, Каплан узнал, что отряд продвигался к центру оказания помощи беженцем, находящемся в одном небольшом городке. В этот центр совсем недавно доставили серьёзно раненного генерала. Бандиты как-то об этом пронюхали, уничтожили бойцов, которые должны были обеспечить офицеру охрану, и стали стремительно продвигаться к центру. Каплан попытался связаться с базой, однако из-за непогоды ему не удалось этого сделать. Тогда сержант решился на отчаянные меры — опередить сепаратистов, и первым добраться до центра помощи беженцам. Для того чтобы опередить бандитов сержант повёл своих бойцов через извилистое ущелье, которое местные жители называли «дьявольской спиралью». Во время перехода группа угодила под мощный селевой поток, и едва не погибла. Однако в конечном итоге бойцам второго подразделения удалось добраться до центра, и предупредить о приближающихся бандитах. Пролетая над морем, и заметив резвящихся в воде парней и девушек, Спайроу вспомнил тот момент, когда селевой поток чуть не сбросил его в обрыв. Тогда Сайкс наглотался грязной воды, промок до нитки, но всё же остался жив. Сравнивая север с югом, Спайроу не мог понять, почему Геднер милосерден к одним людям, и беспощаден к другим. Почему, когда один человек плещется в море, и радуется жизни, другой должен карабкается по скалам, рискуя получить пулю в спину, или сорваться в пропасть. Поневоле вспоминался библейский рай и ад, о которых Джоанна читала своим юным воспитанникам.
«Выходит, я тогда слишком много грешил, за что и оказался на Геднере. Теперь я сам выбираю что мне делать, и как жить дальше. Если, конечно, я действительно жив», — думал Спайроу, глядя на воду.
Каждый раз, когда Сайкс вспоминал Джоанну, он видел перед глазами лицо своего заклятого друга. Даже теперь, когда Хоук предположительно погиб, Спайроу не чувствовал покоя. Урчащий живот отвлёк охотника за головами от беспокойных мыслях, и заставил сосредоточиться на дороге. Посадив челнок рядом с пиццерией, Сайкс выбрался из кабины и направился к входу в заведение. Стоило Спайроу открыть дверь, как в нос ему ударил приятный запах, отчего живот заурчал ещё сильнее. Заказав две больше порции, Спайроу устроился за столиком возле окна, и стал смотреть телевизор, не обратив внимания, что один из кассиров как-то странно на него поглядывает. Как только Спайроу резко повернул голову в сторону, кассир тут же отвёл взгляд, затем достал телефон и вышел на кухню. Пока повара выполняли его заказ (причём они не особо спешили), Спайроу смотрел по телевизору репортаж об очередной северной стычке. В репортаже было сказано, что после вооружённого столкновения лидеры нескольких крупных сепаратистских группировок начали вести переговоры с геднерским генералитетом, но получили резкий отказ. Армейское командование назвало сепаратистов террористами и бандитами, и отказалось вести с ними переговоры, несмотря на то, что предоставленная передышка могла позволить армейцам сберечь десятки, а то и сотни жизней своих бойцов. В этом и заключался главный недостаток геднерских генералов — для них был важен лишь конечный результат, а жизни простых бойцов для них не значили ровным счётом ничего.
«Посмотрел бы я как эти орденоносцы запели, если бы сепаратисты стояли у них на пороге. Сами бы стали кричать о перемирии, а то и о полном выводе войск из региона!» — подумал Сайкс, отворачиваясь от телевизора.
