Ну точно. Так и знал.
— Спятил? — я попытался воззвать к разуму Пайка.
Где-то в глубине мелькнула мысль, что уговаривать бесполезно. Загорелся, не остановить. И двигали им отнюдь не любознательность или желание кому-то помочь.
Знаете, кто такие наемники? Чем они зарабатывают на жизнь? Правильно — продажей меча за звонкую монету. Ставя на кон свою жизнь. И чем больше риск, тем выше ставка. Это в конечном итоге въедается в подсознании, алчность и жажда наживы для ландскнехта так же привычны и обыдены, как для лекаря милосердие и сострадание.
Я знал, что он хочет. Догадался по глазам.
Пайк хотел рискнуть, посмотреть кто выиграл. И если получится, забрать трофеи себе.
— Нас двое, — мрачно напомнил я.
Ветеран трех военных кампаний лишь усмехнулся.
— В первой группе ехало семь всадников, — принялся перечислять он. — Второй отряд насчитывал десять солдат. Итого — семеро против десятка. С учетом уровня подготовки…
Да он же подсчитывает соотношение сил, — догадался я. — Прикидывает, кто выйдет победителем из схватки. Чтобы потом напасть на него со спины.
При прочих равных, с учетом фактора неожиданности и при больших потерях с обеих сторон — затея выглядела вполне осуществимой. Если подумать.
Если хорошо подумать. Очень хорошо и очень долго. А еще лучше, вообще не думать о всяких глупостях и молча свалить, пока есть возможность.
— Ты псих, — убежденно сказал я.
Пайк лишь осклабился.
— Тебе разве не интересно из-за чего вся шумиха? — спросил наемник.
— Если честно — не очень, — ответил я.
— А мне интересно, — выпалил Пайк. — Думаю у первых есть нечто ценное. Настолько ценное, что за ними организовали погоню.
Он опять с ожиданием уставился на меня. И я понял, что несмотря на все слова, решение он оставлял за мной. Как за нанимателем. Как ни крути, а я действительно заказывал в этой «пьесе» музыку, платил щедро, и поэтому последний голос был мой.
В противном случае, наемник рисковал потерять работу.
Уверен, знай Пайк точно, что где-то там в лесу его ждет богатая добыча, он без колебаний бы бросил меня, дающего стабильный и регулярный заработок. Но бывший солдат удачи не был в этом уверен, потому колебался, предлагая поучаствовать в сумасбродной затее совместно.
Самое дурацкое — мне и самому стало жуть, как интересно, чем же в конечном итоге вся погоня закончится.
— Мы всегда можем отойти назад, не привлекая внимания, — вкрадчивым тоном убеждал Пайк. — Оставим лошадей здесь. Подойдем тихо и незаметно. Если что, уйдем.
Вот гад. Прямо демон-искуситель.
Послать на три веселые буквы? Или нет?
— Давай. Только тихо, — согласился я.
Пайк молча кивнул. Наемник, суть, почти как у разбойника, что плохо лежит, обязательно подберет. Впрочем нет. Прочие поступали так же. Другая эпоха, другие нравы, другая психология.
В средние века (а здесь сейчас их примерный аналог, за исключением наличия магии) не считалось зазорным если и человек благородных кровей не откажется от богатой добычи. Даже если для этого придется нарушить несколько правил. Скажем самому организовать нападение на проезжающий по его землям купеческий караван.
А что? Запросто.
Это еще не говоря о королях и прочих, способных развязать целые войны ради обладания куском земли, где располагаются богатые рудой шахты.
Чем не разбойное нападение? Только в гораздо больших масштабах.
На ум пришла Земля начала двадцать первого века. У меня на губах заплясала усмешка. Ну да, будто в «цивилизованном обществе» по-другому. Та же хрень, только замаскированная под красивые лозунги установления демократии — «у вас есть нефть? тогда мы идем к вам».
— Только ты будь осторожней. Если что, меня-то сразу убьют, а вот тебя могут и в веселый дом продать, что на побережье Южного королевства, — прошептал Пайк, пока мы с ним подкрадывались к месту вероятного сражения между двумя отрядами конников.
— Куда?! В веселый дом? В смысле в бордель? — я аж остановился. — Охренел?
По физиономии наемника пробежала ухмылка.
— А ты что думал? Когда ты в последний раз видел себя в зеркале? Жаль будет терять такую смазливую мордашку ни за что ни про что. Точно говорю — возьмут живьем и отправят в веселый дом. За такую милашку не меньше полусотни золотых монет отвалят.
Я понял, что он издевается. Тоже нервничал, гад.
— Пошел ты. Если меня в бордель, то тебя на коневодческую ферму, чтобы надрачивать жеребцам пока их готовят к случке.
Пайк аж притормозил, пораженный. Несмотря на весь свой богатый наемнический опыт, такого ответа он явно не ожидал. Послышался хрюкающий смех.
— … жеребцу… ха-ха… его кол… ха-ха… руками… перед кобылой… ха-ха
У него даже слезы выступили, так развеселила бывалого воина моя фраза.
— … ой не могу… это же надо такое придумать… ха-ха… обязательно запомню…
— Да заткнись уже, — с досадой рявкнул я, в последний миг успевая снизить голос до горячего шепота.
Не такой реакции ожидал на обидное замечание. Да и черт с ним.
— Ладно, идем, — все еще подхихикивая Пайк махнул рукой.
