— Думаешь заставим строить храмы в честь хаоситов? — алхимик, не скрываясь надсмехался. — Не бойся, этого не потребуется. Им не нужны верующие из числа людей.
— А что им нужно? — быстро спросил старейшина.
Пауль Гренвир медленно перевел на него вмиг поскучневший взгляд.
— А разве вы поверите, если я скажу, что не знаю? — равнодушно бросил он.
Первосвященник и старший дэс-валион быстро переглянулись. Впрочем, никто ничего не сказал.
— Могу лишь сказать, что они уже начали, — продолжил алхимик. — Думаю, все вы видели последствия этого на улице.
Снег, он говорил о снеге и об аномально холодной погоде, — догадалась Алия. Она и сама несказанно удивилась, когда в последний месяц лета неожиданно повалил густой снегопад, погода резко изменилась и возникло ощущение, что неоправданно рано наступила зима.
— Это буря в Астрале? — не размыкая губ прошелестел старший дэс’Сарион.
Гренвир взглянул на него с искренним интересом.
— Да, это она, — медленно проговорил он и признался: — Не ожидал, что кто-нибудь из обычных магов об этом догадается.
— Я не обычный маг, — сухо буркнул старейшина.
И тут — невероятно, старый алхимик, известный всему миру своим склочным характером, отвесил главе темного рода учтивый поклон.
— Конечно, хаор-дэлус, вас никак нельзя назвать обычным, — сказал Пауль Гренвир.
Алия мысленно перевала с такшианского: хаор-дэлус — «познавший тьму» или «идущий во тьме», в зависимости от применяемого оборота речи в подтексте употребляемой фразы.
Старейшина ответил поклоном. Жрец недовольно засопел, ему показалось, что два мага слишком быстро нашли общий язык для временных союзников.
— Если вы закончили с любезностями, предлагаю перейти к обсуждению плана военной кампании, — быстро заговорил он. — Сразу хочу сказать, что к сожалению мы не можем полагаться на все наши Ордена. Например, Орден Меча, уже совершенно ясно, не поддержит уничтожение своего покровителя и поэтому нельзя рассчитывать на их воинов.
Старший дэс-валион пренебрежительно отмахнулся.
— Это несущественные детали. Тактику продумают командиры воинских отрядов. Сейчас необходимо разобраться со стратегией, — темный маг посмотрел на древнего алхимика. — Когда астральная буря приземлит Парящий город?
Пауль Гренвир на секунду задумался.
— Через несколько дней, — шелестом опавших листьев прозвучало в тишине кабинета.
— Холод собачий, — я зябко потер ладони, пытаясь согреться.
— Одно хорошо, сейчас у нас над головой есть крыша, по-моему, это неплохой знак, — откликнулся Пайк.
Мы стояли на крепостной стене, наблюдая, как люди лордов Реджи и Деккера сворачивают походный лагерь. Было морозное утро и рассвет только занимался.
Потеряв больше трети войска и трезво оценив последствия зимовки посреди поля без припасов и теплой одежды, наши противники решили с достоинством отступить, пообещав через герольда «еще вернуться и сжечь это гнездо черной магии до основания».
Какие «милые» люди. И общительные, прямо образец добрых соседей. Кто-то из лучников на стене не выдержал и пустил-таки стрелу в разряженного крикуна.
После бессонной ночи и жуткого холода, что сопровождал каждый выход на улицу, я даже не возражал чтобы он его подстрелил.
К счастью, или не к счастью, выстрел прошел мимо. Видать пальцы озябли и прицел в последний миг сбился.
— Знаешь, никто бы не подумал, но я бы сейчас… — Пайк резко замолчал.
Послышался шум. Из внутреннего дворика по каменной лестнице поднималась целая делегация. Первым шествовал десятник-сержант, за ним шли дружинники, кузнец, конюший, старший из слуг и другие обитатели замка.
— Что там еще? — моя рука машинально легла на рукоять меча.
Пайк, как ни странно, не выглядел особенно удивленным.
— Милорд, — десятник выступил вперед и опустился на одно колено, в вытянутых руках он держал плащ с гербом, в мягкой ткани поблескивал металлический ободок.
Сержант хотел сказать что-то еще, но внезапно закашлялся, холодный воздух не вовремя залетел в горло, сбив торжественность момента.
Уже догадываясь, что происходит, я тем не менее спросил:
— Что это?
Вместо ответа десятник протянул плащ вперед. На меня уставилась добрая сотня глаз, горящих нетерпением.
Спасая ситуацию, сбоку встал Пайк.
— Если я правильно понимаю, ваша милость, вам приносят клятву верности и просят взять замок под свою руку.
И заулыбался, скотина такая. Ехидно так, с вызовом, мол, что теперь будешь делать?
— Милорд, если бы не вы, мы бы все не дожили до утра, — наконец нашелся десятник. — Все мы обязаны вам жизнью и никогда этого не забудем. Мы знаем обычаи и готовы отдать долг верной службой.
Раздался одобрительный гомон. Кто-то даже выкрикнул что-то бравурное, но на него быстро зашикали. Ведь милорд еще не согласился.
И знаете что, когда на тебя так смотрит столько человек, с надеждой, с восторгом, с потаенным ожиданием и с верой в глазах, у тебя не остается другого выбора, как сделать шаг вперед и взять на себя долг обязательства. Потому что по-другому попросту невозможно.
Кляня про себя всех и вся, я поднял металлический ободок, оказавшийся короной лорда и поднял над головой, затем водрузил себе на макушку.
