медленно опустился на пол, опираясь одной рукой на него, а другой держась за
пульсирующую от боли голову.
«Хватит! Кто вы?» — вырвался, наконец, из Эдварда истерический вопль.
Голоса резко стихли, словно его крик напугал их, и отдалились. Где-то недалеко
Эдвард услышал какой-то шорох. Он быстро перевел туда взгляд, но там никого
не оказалось, но он ясно чувствовал чье-то присутствие, словно кто-то ходил по
библиотеке.
Вдруг раздался хлопок, и все помещение разом озарилось множеством горящих
факелов. От неожиданности и боли в глазах, Эдвард быстро зажмурился, прикрываясь рукой от яркого, как ему тогда казалось, света. В один миг вся
библиотека предстала перед его взором со всеми ее сводами и переходами.
«Как и описывала Катрин! Так четко она описала все это, словно я уже побывал
тут, — тяжело подымаясь на ноги, думал Эдд и смотрел по сторонам. — И это
странное явление. Как факелы могут так сразу загораться? Не иначе, как проделки
потусторонней силы!»
Но одно могло его только радовать: теперь у него был свет, много света. Он
быстро подошел к одному из старых факелов и вытащил его из заросшей
паутиной подставки. Крепко держа в руках огонь и надеясь, что это отпугнет
невидимых его глазу существ, явно находящихся где-то неподалеку, он стал
внимательно оглядываться по сторонам. На полу ему сразу бросилась в глаза
криво нарисованная мелом пентаграмма, словно руки того, кто рисовал ее, тряслись от волнения и страха. На концах стояли старые грязные колбы и сосуды, а в углу скромно лежала аккуратно сложенная одежда, с виду походившая на
какое-то старинное женское платьице.
Никаких сомнений не было — все это было доказательством того, что Катрин
действительно была здесь, она действительно участвовала в ритуале, иначе она
бы не смогла все так четко описать! Возможно, как и говорил Дункан, даже по
прошествии многих лет пережитое ею здесь не давало ей покоя, что-то или, может, даже кто-то продолжал беспокоить ее, воспоминания не давали ей спать, и
она решила поделиться этим с бумагой, ибо только та могла молча выслушать ее.
Разве могла бы девушка рассказать подобное кому-то? Ее бы сочли
ненормальной! И тут Эдвард понял, зачем она писала рукопись от третьего лица, в случае, если бы ее рукопись попала в чужие руки, никто бы никогда не счел
подобные события возможными, так думалось поначалу и Эдварду. Только
хорошенько разобравшись, можно было осознать, что с виду обычная бульварная
фантастика, написанная неумелой обывательской рукой, скрывает в себе
страшную тайну реальности.
«Бедная Катрин!» — вздохнул Эдвард, понимая, что довелось пережить бедной
девушке за те три страшный дня заточения среди тьмы и зла.
В этот момент он снова вспомнил про ключи и про таинственную дверь, которая, по словам графа, скрывает за собой некое царство призраков, куда он, Эдвард, непременно должен найти дорогу. Он решительно направился к выходу из
библиотеки, но, пролезая в дверную щель, услышал сигнал интуиции
остановиться. Он задумчиво повиновался ей и решил осмотреть все, что будет
попадаться ему на пути. Он подошел с внешней стороны двери и высоко поднял
факел, чтобы хорошенько ее рассмотреть.
«Будь проклят входящий сюда, — как следует прищурясь, заметил Эдвард
нацарапанную надпись. — Они тоже видели ее!»
По ходу осознавания всей реальности описанных Катрин событий, Эдварду все
больше и больше становилось не по себе, он только теперь начинал понимать
всю сложность своего положения и всю опасность этого места.
После этого он твердо решил для себя покончить с этим всем как можно скорее
раз и навсегда, что-то подсказывало ему, что тайна замка кроется за это
неизвестной дверью с хитрым замком и странными ключами, словно все это
придумал сам дьявол!
«Чтобы уничтожить зáмок дьявола, надо вскрыть сначала его замóк!— проговорил
вслух Эдвард и улыбнулся получившемуся у него каламбуру. — Однако в этой
несуразице есть какой-то смысл!»
Единственным местом, где могла находиться эта дверь, был, несомненно, подвал, иного варианта Эдварду известно не было. Полный решимости, следуя описаниям
Катрин, он направился туда.
Он отошел от входа в библиотеку и снова поднял над собой факел, две старые
полукруглые мраморные лестницы огибали дверь и вели на второй этаж. Значит, кухня должна быть слева. Он решительно зашагал в темноту, продолжая
чувствовать чье-то присутствие.
И точно, в самом углу он заметил дверь. Осторожно открыв ее, Эдвард вошел
внутрь, держа перед собой факел. Продольная столовая с большим
прямоугольным столом и резными стульями, трофеями и картинами на стене и
несколькими канделябрами вызвала в памяти Эдда яркие картинки из рукописи, все прошлые события стали всплывать перед его глазами. Он прошел чуть вперед
и увидел, наконец, ту самую дверь с витражом, которая и вывела их из подвала.
Он неуверенно подошел к ней и, взявшись за ручку, резко открыл.
Влажный холод подземелья и запах плесени тут же обдали его лицо и руки, вынудив тело содрогнуться в ужасе. Это место явно было слишком противным, но, превозмогая свое отвращение и страх, Эдд заставил себя сделать шаг вперед на
