- Радуюсь. Что ты со мной. Что всё позади… и знаешь, я только сейчас поняла. Ведь мы своим союзом объединили две враждующие ветви эллери! Два самых древних королевских рода.
- Да уж. Ради такой невесты стоило перевернуть вверх ногами все континенты и моря, - и он бросил на меня тёплый взгляд. – Послушай, эти библиотеки когда-нибудь закончатся? Полцарства готов отдать за нормальную спальню с нормальной кроватью!
Я встрепенулась и снова обогнала его.
Остановилась перед самой дальней дверью в конце коридора. Улыбнулась через плечо.
- С кроватью не обещаю, но в этой комнате тебе точно понравится. Я ведь ещё не показала тебе самое главное сокровище Замка янтарной розы.
Генрих за моей спиной застонал:
- Эмбер!.. Ну право слово, давай отложим экскурсию на потом!…
Я покачала головой и толкнула створки. Прижала палец к губам.
- Тш-ш-ш! Не шуми. Лучше иди сюда. Просто… знаешь, ведь цвет глаз ты можешь посмотреть уже сейчас.
И я вошла в комнату, наслаждаясь оглушительной тишиной позади – там, где остолбенелым изваянием застыл мой любимый супруг.
Из глубины комнаты донёсся возмущённый шёпот Ири.
- Ну сколько можно создавать сквозняки! Закрой ты наконец-то уже эту дверь! Как прогулка? Я же сказала, тебе пойдёт на пользу! Вон какая стала… румяная… ой.
Ири вскочила, едва не опрокинув чайный столик. С её колен упала мешанина верёвок. Она в который раз пыталась научиться плести морские узлы, но у неё до сих пор получалось так себе.
Рядом стояла янтарная резная колыбель, которую она покачивала. Милая, милая Ири! Без её помощи я бы точно не справилась за этот год.
Лицо у неё стало… неописуемое. Стоит, ревёт… кажется, едва сдерживается, чтобы не завизжать и не броситься на шею брату. Но понимает, что ему сейчас немного не до неё.
Генрих тихо подошёл сзади и положил руки мне на плечи. Мы вместе стояли и смотрели на маленькое чудо, которое родилось от нашей безбрежной, бесконечной любви друг к другу. Чудо с золотистым пушком на головке лежало на белом одеяльце, раскинув ручонки, и посапывало с очень серьёзным выражением пухлощёкого лица.
Я потёрлась о руку, лежащую у меня на плече.
- Повитуха сказала, у детей обычно при рождении у всех голубые. Но у нашего сразу были серые. Так что с моими глазами будет в следующий раз. И кстати! Я всю голову сломала, как назвать. В конце концов, решила, что будет Генрих-младший. Так что следующим детям имена будешь придумывать ты – это оказалось слишком сложно.
- Ы-ы-ы-ы… а я знала, знала! Мой брательник – слишком упрямая зараза, чтобы к тебе не пробиться… - Ири, не скрываясь, ревела, вытирая слёзы ладонями. – И это… идите уже отсюда! Ребёнка мне разбудите. Он пока есть не захочет, всё равно не проснётся, так что полчасика у вас точно есть. Эмбер, у тебя в таком огромном Замке должен же тоже быть где-нибудь чулан?
Я обернулась и встретила взгляд мужа. Он без лишних слов подхватил меня на руки и тихо вынес обратно за дверь.
Понятия не имею, был это чулан или нет. Мы просто толкнули дверь в первую попавшуюся комнату. Даже не знаю, была ли там кровать.
И хорошо, что не успели уйти далеко! Да впрочем, я всегда чувствую, когда этот момент приближается, и успеваю вернуться вовремя. Через полчаса сквозь стену до меня донёсся отголосок требовательного плача. Я села и поправила юбки. Генрих растянулся рядом на полу, подложив руки под голову и с довольной улыбкой глядя в потолок.
- Чем помочь? – лениво спросил он.
- Лежи уж! – милостиво разрешила я. – Когда наш Ужасный Принц требует мамочку, больше ничьи руки его не устраивают. Весь в папу, такой же властный. Так что боюсь, в ближайшее время у нас будет только по-пиратски.
- Я не против, - улыбнулся муж, прикрывая глаза и погружаясь в счастливый, спокойный сон.
Эпилог первый
Бам-м-м!
Погремушка снова гремит по янтарю, и я понимаю, что голова скоро взорвётся.
На левой руке у меня маленький Ужасный принц. Человеку уже почти два года, но забраться маме на ручки – милое дело. Особенно если так удобнее дотягиваться.
Потому что на правом плече у меня сидит Подарок и скалит довольную ухмылку наглой лисьей морды. Их любимая игра – один прячется, другой догоняет. Один дразнит, другой сердится и пытается дотянуться. Когда полем их сражений выступаю я, впору вешаться. Но сейчас особенный момент, поэтому терплю, хотя и начинаю закипать. Хорошо, терпеть недолго.
Да, Подарок всё-таки научился материализоваться обратно. Как он и обещал, у каждого Замка роз есть свой хранитель, который приобретает форму, наиболее удобную хозяину и лучше всего выражающую душу Замка. У Кэти с Роном, например, снежные олени. У нас… вот это рыжее бедствие.
- А-а-а! Ма-ам…
Это лис умудрился извернуться и куснуть младшенького за… то место, где у его отца расположена совесть.
- Ну что, готовы? – заявляет этот самый отец, бодрым шагом входя в покои.
