Исчез хвост, растворились в воздухе чудовищные когти…
Несколько минут — и вот на площадке перед замком оказался человек.
Голый, донельзя растерянный… человек.
Спасибо Корту — вовремя подбежал с плащом. Джинджер выдохнула и осела рядом с Эдвардом, гладя его лицо кончиками пальцев.
Кларисса вновь зарядила арбалет и огляделась по сторонам. Пока дети не могут защитить себя, она позаботится об их безопасности.
И никто не заметил, что леди Ирэна на миг открыла глаза.
Звезды ласково светили ей с неба, и она почти видела, как все случится.
Джинджер лежит рядом с ее сыном. Эдвард вновь стал человеком, и девочка будет ему хорошей женой. И не пройдет и года, как по плитам Кон’Ронга затопают детские ножки.
Кларисса присмотрит за детьми, и все у них будет хорошо.
А она… она тоже присмотрит, сверху или снизу, как уж получится. Ее дети свободны и могут начать новую жизнь, а ей — ей пора. И ждет уже муж, протягивая руки, и мама ждет…
Ирэна улыбнулась и легко встала с холодной земли. Еще раз оглянулась на детей, и сделала шаг к родным, второй… пора уходить. Пора…
Будьте счастливы, дети.
Наутро пошел дождь. Мелкий, моросливый, и настроение у компании, сидящей в гостиной Кон’Ронга, было такое же. Серое, грустное.
В храме лежали два тела.
Тиану похоронят сегодня, леди Ирэну — завтра. Леди Дженет…
Ее закопали утром на местном кладбище для деревенских жителей. Эдвард с удовольствием отдал бы ее свиньям, да жалко стало животных травить. Впрочем, никто ему не помешает потом наведаться на кладбище, вырыть гроб и спустить в море. Чтобы этой дряни не было места на земле.
Джинджер сидела рядом и держала его за руку.
Нормальную, человеческую руку. Без чешуи и когтей.
Она еще до конца не могла осознать, что Эдвард превратился в человека. И оказался редкостным красавцем.
Высокий. На полторы головы выше, чем она, широкоплечий, с гривой черных волос, небрежно падающих на плечи, с высоким лбом и яркими зелеными глазами, с тонким аристократическим носом и обаятельной улыбкой, от которой подгибались ноги даже у Аликс.
Впрочем, мужчине были безразличны все женщины, кроме Джинджер. Его невесты.
После похорон леди Ирэны они обвенчаются в часовне Кон’Ронга. Кларисса предлагала подождать, но воспротивились оба. Эдвард не мог и представить, как это — отпустить от себя любимую женщину, даже ненадолго, а Джин и сама уезжать от него не хотела.
Печален был Лесли — после ночных происшествий ему было плохо. Потерять мать — горе. Узнать, что она была детоубийцей, что пыталась поджечь замок и убить их всех, — еще страшнее. Хорошо хоть, Кон’Ронг не успел сгореть. Слуги бросились его тушить сразу же, как разбежались поджигатели.
Аликс гладила Лесса по руке, но мысли мужчины витали где-то далеко.
Кейт взирала на все это не без тревоги. Все же… это ее мать. Захочет ли Люсьен такую родню? Она бы вот не захотела…
Слово взял Эдвард.
— Дамы и господа, у нас была трудная ночь, и нам предстоят еще сложные времена, а потому давайте проясним ситуацию… Мы с Джинджер остаемся здесь. Королевский гонец уже уехал и увез все документы. Он расскажет, чему был свидетелем. Мы с Джинджер завтра женимся. Надеюсь, вы станете гостями на нашей свадьбе, да и потом будете заезжать…
— Обязательно, — кивнул Люсьен. — Кейт выросла здесь, думаю, иногда ей будет приятно приехать в гости.
Кейт бросила на мужа благодарный взгляд.
— Да, дорогой. Если хозяева будут не против.
— Мы будем не против, — согласился Эдвард. — Я буду рад видеть и вас обоих, и Колина с Эллиной.
— Это ведь вы спасли Колина? — осенило Люсьена. — Вы? Ваши следы от когтей были на плечах мальчика? Вы — то чудовище?
— Я.
— Спасибо вам, — искренности в словах Кейт хватило бы на десяток человек. — Спасибо!
Взгляд Эдварда смягчился.
— Я буду рад видеть вашу семью, Кейт. Вы не можете отвечать за вашу мать, впрочем, я подозреваю, что она просто сошла с ума. Такое бывает.
Кейт кивнула.
— У мамы часто болела голова, она устраивала истерики… может быть — возраст? В определенные периоды у женщин помрачается сознание.
— Вполне может быть, — согласился Эдвард. — Лесли, мы рассчитываем на вас с Аликс.
Лесли вздохнул.
— Лорд Кон’Ронг, я бы принял ваше предложение, но… я теперь никто, без денег, без дома, с беременной женой… может быть, вы не возражаете устроить две свадьбы в один день?
— Не возражаем, — кивнула Джинджер.
— Вот. Как только мы с Аликс определимся…
— В этом могу помочь я, — усмехнулась Кларисса Брайс. — У меня в столице несколько доходных домов. Дело нужное, полезное и приносящее хорошую прибыль, но только при наличии твердой хозяйской руки. Я же сейчас хотела бы остаться в замке… надеюсь, не слишком помешаю молодым?
Эдвард покачал головой.
— Мама хотела бы, чтобы вы жили с нами. Она радовалась…
На последнем слове его голос дрогнул, и Джин коснулась его руки.
— Я рядом, родной мой. Рядом…
— Так вот, — Кларисса сделала вид, что ничего не заметила, и повернулась к Лесли и Аликс, — если вы, молодые люди, согласитесь поселиться в столице, в нашем доме, и взять на себя управление… допустим, за пятнадцать процентов от прибыли?
