– Выходит, Эйлонви ничто не угрожает! – воскликнул Тарен. – Акрен не посмеет причинить ей вред, так как только она может прочитать заклинания. И нам она тоже не осмелится повредить, ведь у нас есть книга и Золотой Пелидрин!
– Быть может, – мрачно сказал Гвидион, – Эйлонви сейчас даже в большей опасности, чем раньше.
Очень осторожно Гвидион положил книгу и золотой шар в карман потрепанной куртки и стал усиленно грести. Тарен, цепляясь за борт, увидел высокий темный холм впереди. Гвидион развернул лодку и повел ее широким полукругом. Морские валы все быстрее несли суденышко к острову. В ушах Тарена гремел прибой. Принц Дон налег на одно весло, потом на другое и под жалобное хныканье Гурги направил лодку в узкий пенистый просвет между камнями.
Туман клубился между башнями Каер Колур, которые черными столпами вырисовывались на фоне темного неба. Когда-то они были величественны и горды, но сейчас превратились в зловещие руины, торчащие вверх, словно обломки мечей. Когда лодка подплыла ближе, стали различимы тяжелые железные ворота – память дней, когда это была грозная крепость. Ворота выходили к морю, но сейчас Каер Колур был затоплен и ворота стояли наполовину погруженные в соленую воду. Волны разбивались о них, как будто собирались взять крепость штурмом и довершить ее разрушение.
Около массивных ворот ветер и вода образовали нишу, похожую на грот. Здесь Гвидион и причалил лодку. Безмолвно, жестом он приказал своим спутникам высаживаться на берег. Пока они выбирались на камни, Тарен слышал мучительный стон железных ворот, будто они обрели голос и сетовали на безжалостную стихию. Гвидион вскарабкался наверх. Судорожно цепляясь за острые выступы, Рун медленно, с трудом лез вверх. Позади него ползли Тарен и Гурги, каждый момент готовые поймать принца Моны, если тот оступится и сорвется. Ффлеуддур молча следовал за ними.
Карр уже взлетела на стену, и Тарен, глядя на полуразрушенный парапет далеко вверху, позавидовал тому, что у нее есть крылья. Гвидион повел их вдоль стены к воротам. Бастион был расколот словно бы ударом исполинского меча, и мелкие камни завалили пролом. Принц Дома Дон жестом приказал им остановиться и замереть.
– Останетесь здесь, – прошептал Гвидион. – Я пойду первым и узнаю, где стоят стражники Акрен.
Он бесшумно исчез в проломе. Остальные сгрудились между каменных глыб, не осмеливаясь разговаривать.
Тарен опустил голову на руки. Мысли его вновь и вновь возвращались к Эйлонви и словам Гвидиона. Ему не верилось, что стройная смешливая девушка обладает такими же колдовскими силами, как Акрен. Скоро, скоро, твердил он себе, Эйлонви будет свободна! Но вместе с нетерпением рос и его страх. Тарен тревожно всматривался в темноту, напрягал слух и зрение, ожидая возвращения Гвидиона.
Он уже собирался пойти на поиски принца Дома Дон, когда тот вынырнул из густой тени.
– Плохо, видно, Акрен платит своим стражам, – тяжело дыша, улыбнулся он. – Один часовой смотрит в сторону суши, другой сонно оперся о меч. Остальные спят.
Спутники протиснулись в брешь. Теперь предстояло найти темницу Эйлонви. Сердце Тарена упало при виде беспорядочных развалин. Где ее искать? Изнутри руины Каер Колур походили на огромный каменный скелет. Перед спутниками лежали остатки когда-то великолепных строений и башен. Тарен в тревоге поглядел на Гвидиона. Тот жестом велел обнажить мечи, затем показал каждому направление его поисков, и друзья крадучись рассеялись среди развалин.
Ффлеуддур уже двинулся в сторону здания поодаль, когда Тарен чуть не вскрикнул. Карр спорхнула ему на плечо, забила крыльями, снова поднялась в воздух и облетела кругом островерхую башенку.
– Карр ее нашла, – прошептал Тарен. – Наши поиски окончены!
– Сейчас только они и начались, – шепнул Гвидион. – Один из нас должен взобраться наверх и посмотреть, можно ли ее освободить. Остальные займут места подальше вдоль стены, чтобы нас не захватили врасплох воины Акрен.
– Я пойду за ней! – рванулся Тарен, но вдруг осекся и повернулся к принцу Руну. – Она будет твоей нареченной, и ты хотел…
– Доказать принцессе, что я ее достоин? Да, – медленно произнес Рун. – Но мне больше этого не надо. Я доказал это самому себе. И мне кажется, что Эйлонви предпочла бы первым увидеть тебя.
Тарен поглядел на Гвидиона, и тот согласно кивнул, а остальным велел двигаться в обход замка, туда, где он обращен в сторону суши. Рун, Гурги и Ффлеуддур молча повиновались. Когда они скрылись в темноте, Гвидион вынул из-за пазухи книгу и золотой шар.
– Если что-нибудь случится с нами, эти вещи не должны попасть в руки Акрен, – проговорил он, запихивая книгу и шар глубоко между камнями. Завалив щель тяжелым валуном и присыпав щебнем, он распрямился. – Здесь они в сохранности пролежат до нашего возвращения.
Карр уже кружила над головой Тарена. Гвидион достал из-за пояса моток тонкой веревки, сделал на конце петлю, сунул ее в клюв птице и что-то прошептал. Ворона стремительно взлетела на зубчатую вершину башенки, повозилась там и накинула петлю на остроконечный выступ.
Гвидион обернулся к Тарену.
